Министры иностранных дел стран-членов НАТО провели в четверг встречу в Берлине, чтобы согласовать цели интервенции альянса в Ливии. Итог встречи весьма неутешителен. Ее участники, по сути дела, еще раз подтвердили, что лояльные ливийскому лидеру Муаммару Каддафи войска должны прекратить все атаки против мирного населения, обеспечить беспрепятственную доставку гуманитарных грузов в страну и выйти из городов, которые они «силой заняли, оккупировали и взяли в осаду на всей территории Ливии».

Демонстрация единства на этой встрече 28 стран НАТО дает неверное представление о реальных событиях двух последних недель. Военная интервенция в Ливии не нашла поддержки в Германии и в новых странах-членах Североатлантического альянса из Восточной и Центральной Европы. А Франция и Британия в последние дни выступают с критикой в адрес альянса из-за того, что он недостаточно активно действует в Ливии. Более того,  если на встрече в четверг ничего не говорилось о смене режима, то в пятницу лидеры Франции, Британии и США написали ряд статей, в которых утверждается что цель интервенции это как раз и есть смена режима. Здесь нет никакой ясности относительно того, имеется в рядах НАТО единство по данному вопросу или нет.

Тема натовской встречи в Ливии была главной в новостях четверга, однако мы считаем, что гораздо более важными являются комментарии постоянного представителя России при альянсе Дмитрия Рогозина. В целом Рогозин подверг критике интервенцию НАТО в Ливии, однако наше внимание привлекло не это, а его замечания по поводу предлагаемой европейской системы ПРО. Рогозин предложил две вещи. Во-первых, как он сказал накануне встречи, Россия ждет от НАТО «реальных гарантий» того, что система ПРО никогда не будет нацелена против России. Во-вторых,  что европейцам следует создать группу «мудрецов», чтобы оказать «поддержку официальным переговорам, сначала между США и Россией, а затем между Россией и НАТО» по вопросам противоракетной обороны.

Первое замечание, касающееся гарантий, имеет отношение к предложению Москвы о том, что проект европейской ПРО должен быть единой системой с полномасштабным взаимодействием и взаимозаменяемостью. Большинство членов НАТО твердо придерживается предложения США, которое предусматривает наличие двух независимых систем ПРО, обменивающихся информацией. Они против интеграции российской системы с европейской. Громче всех против предложения о единой системе выступают центрально- и восточноевропейские члены НАТО, ранее входившие в советский блок, такие как страны Балтии и Польша. Говоря о системе ПРО, они в большей степени думают о реально осязаемом альянсе с США, а НЕ о предотвращении ракетных ударов по Таллину и Варшаве со стороны Тегерана. Россия, со своей стороны, понимает это, и пытается не допустить превращения данной системы в предлог для появления американских солдат в своей бывшей сфере влияния. Поэтому ей нужна единая система, которую можно будет создавать и развивать постепенно.

Второе замечание, касающееся создания группы европейских «мудрецов» для судейства на российско-американских переговорах о двух вариантах ПРО, связано с тем, что в НАТО в настоящий момент нет единства, как не было его никогда.

Россия делает ставку на то, что не все европейцы столь твердо привержены проекту с двумя отдельными системами ПРО, как об этом говорят представители НАТО и официальные лица. Москва надеется посеять семена раздора, добившись того, чтобы дипломаты из Западной Европы (конечно же, мудрецы из Прибалтики Рогозину не нужны) посчитали требования центральных и восточных европейцев об исключении России неразумными и чрезмерными.

Россия проверяет НАТО на прочность в момент, когда в рядах альянса появились разногласия  по поводу Ливии. Германия, Франция и Британия также разошлись во взглядах. Берлин считает, что Лондон и Париж отправились в колониальную экспедицию образца 19-го века. У Германии очень мало интересов в Средиземноморье, и она очень громко заявляла об этом в прошлом. А Франция пытается доказать, что она по-прежнему лидер в Европе, и что если она не может быть политическим и экономическим лидером, как Германия, то быть лидером военным ей вполне по плечу. В то же время, Италия стоит на перепутье, обозленная тем, что Франция и Британия поставили под угрозу ее национальную безопасность (потому что у Рима больше всех в данном случае поставлено на карту), нарушив вполне благоприятную и выгодную схему взаимоотношений между Римом и Каддафи.

Наверное, никогда прежде почва НАТО не была столь плодородной для посеянных на ней семян раздора. Центральных и восточных европейцев очень раздражает очередная экспедиционная операция за пределами натовского театра военных действий. На их взгляд, зоной ответственности и озабоченности НАТО должна быть Европа, и главное внимание при этом необходимо уделять тем угрозам безопасности, которые создает усиливающаяся Россия. Видя, как Франция и Британия втягивают главного натовского гаранта безопасности США уже в третью военную операцию на Ближнем Востоке, эти страны приходят в замешательство.

Но Ливия это не искра, разжигающая разлад в НАТО, и не луч света, позволяющий взглянуть на будущие разногласия. Это симптом прогрессирующей болезни, которая причиняет альянсу боль и страдания уже несколько  лет. Суть в том, что интересы 28 стран-членов блока уже не совпадают. После окончания холодной войны и распада Советского Союза у альянса нет общего врага. Но спустя 20 лет после окончания холодной войны отличие заключается в  том, что мощная и влиятельная Германия думает о себе, и что одним из главных признаков ее новой самостоятельности и независимости является  политика в отношении России, которая в корне несовместима со страхами по поводу собственной безопасности членов НАТО, живущих в тени российской сферы влияния.

Кремль чувствует этот разлад и намерен его использовать. И чтобы понять это, ему не нужна была Ливия. Конечно, если у него была подписка на STRATFOR.
ИНОсми