Севастопольский вальс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Севастопольский вальс » Военная история » Русские не сдаются!!!!!!!!!!!!!!!!!


Русские не сдаются!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщений 31 страница 60 из 62

31

ПОТОМКАМ В ПРИМЕР

Больше века разделяли два корабля Черноморского флота: парусный бриг «Меркурий», спущенный на воду со стапелей Севастопольского адмиралтейства 7 мая 1820 года, и малый противолодочный корабль советской эпохи СК 065.

А породнила их общая легендарная судьба, и особенно — сходство подвига, совершенного в военную годину, когда и «Меркурий», и СК 065 вышли победителями из сражения со значительно превосходящими силами врага — благодаря безупречной выучке экипажа и выдающемуся военному искусству командиров — капитан-лейтенанта «Меркурия» Александра Казарского и старшего лейтенанта СК 065 Павла Сивенко.

...25 марта 1943 года малый противолодочный корабль Черноморского флота СК 065 под командованием старшего лейтенанта Павла Сивенко вышел из кавказского порта Туапсе на очередное боевое задание: ему предстояло сопроводить в Геленджик транспорт «Ахилион», груженный горючим для авиации. Ни командир, ни экипаж не могли знать тогда, что от их действий во многом будет зависеть судьба обороны Новороссийска .

От бомб «юнкерса», первым налетевшего на транспорт , СК 065 успел уклониться, но уже в районе мыса Даоб был атакован двумя торпедными катерами противника. Прикрывшись артиллерийской завесой, «морской охотник» отбил и эту атаку. Затем получил сообщение, что далее фарватер заминирован и надо лечь в дрейф в ожидании, когда закончится траление.

Остановкой в движении кораблей немедленно воспользовалась немецкая авиация. Не менее тридцати «юнкерсов» налетали из-под солнца группами по две-три машины, пытаясь разбомбить и транспорт, и его единственного защитника — СК 065.

Павел Сивенко договорился с командой, что каждый матрос, первым заметивший вдали вражеский самолет, тут же сообщает об этом командиру, чтобы можно было в то же мгновение отдать приказ о необходимом маневре катера.

Четко повинуясь командам, маленький «морской охотник» волчком крутился вокруг транспорта, прикрывая его и отбиваясь от множества самолетов огнем двух 45-миллиметровых пушек и двух пулеметов. От метких попаданий два «юнкерса» рухнули в морскую пучину.

Самому же СК 065 удалось избежать прямого попадания авиабомб. Но вокруг свистели и сыпались метеоритным дождем осколки, уклониться от которых было невозможно. Одним из них пер*било фал, на котором крепился корабельный флаг, и, заметив это, командир корабля крикнул морякам: «Поднимите флаг! Враг может подумать, что мы сдаемся!»

Бой продолжался . Еще одним крупным осколком вывело из строя носовую пушку и тяжело ранило помощника командира Якова Мазлера. Позже, в Геленджике, когда санитары с носилками подойдут к нему, он успеет сказать им слабеющим голосом: «Меня не трогайте. Передайте сестре в Москву, что я свой долг выполнил. Спасайте матросов...»

Пострадал в этом сражении и сам командир корабля: огромная волна, обрушившаяся на катер, сбросила его с мостика на палубу.

Неравный бой длился около получаса, до подхода нашей авиации, СК 065 получил 1400 пробоин, левый борт был снесен полностью. Но, чудом держась на плаву, отважный катер все-таки довел «Ахилион» с жизненно важным грузом до Геленджика . Выполнение этого боевого задания помешало немцам захватить Новороссийск и уничтожить Черноморский флот, базировавшийся в портах Кавказа.

Оставив в госпитале большую часть экипажа, СК 065 с пятнадцатью матросами на борту, с наскоро сооруженным «пластырем» на месте левого борта в пятибалльный шторм лег на обратный курс к Tyaпce, откуда был отправлен на ремонт в Сочи.

Диву даешься схожести этих коллизий с теми, что произошли в мае 1829 года, в разгар очередной русско-турецкой войны. Тогда маленький 18-пушечный бриг «Меркурий», настигнутый двумя турецкими линейными кораблями со 184 орудиями на борту, тоже не спустил перед врагом флаги и в ходе четырехчасового боя сумел, так же искусно маневрируя под непрерывным обстрелом, не только остаться на плаву, но и сбить из уцелевших пушек паруса на неприятельских кораблях. Из поединка бриг тоже вышел израненным — с двадцатью двумя пробоинами в корпусе и почти тремястами — в рангоуте и парусах, с четырьмя погибшими матросами.

За этот беспримерный во флотской истории бой «Меркурий» удостоился кормового Георгиевского флага — высшего воинского отличия тех времен.

Героический СК 065 за свой подвиг приказом наркома Военно-Морских Сил СССР Н. Г. Кузнецова удостоился чести называться гвардейским — впервые в советской военной истории, ибо гвардейское звание присваивалось лишь крупным соединениям, а не отдельным кораблям — тем более, кораблям 4-го ранга, к каковым относился СК 065. Но ведь подвиг — это всегда исключение из правил.

А старшего лейтенанта Павла Сивенко вскоре вызвали из сочинских доков в Tyапсе, где базировался тогда штаб флота. На вопрос исполняющего обязанности начальника штаба контр-адмирала И. Д. Елисеева: «Ты почему награды не надел?» — молодой офицер с недоумением ответил:

— Так я их не получал…

И добавил:

— Не за награды служим!

Адмирал тут же собственноручно вручил Павлу Сивенко орден Красного Знамени. Затем приказал адъютанту отвезти старшего лейтенанта в наградной отдел, где героя нашли, наконец, и медали «За оборону Одессы» и «За оборону Севастополя». Получить их своевременно Павел Сивенко просто не успел, так как постоянно находился в оперативном подчинении, охотясь за вражескими подводными лодками, заполонившими море. Для вражеских субмарин уничтожение кораблей Черноморского флота и обстрел Кавказского побережья был своеобразным экзаменом, сдав который, они отправлялись в Атлантику топить конвои союзников.

Но самая большая неожиданность произошла 7 июня, когда Павел Сивенко был удостоен высшей союзнической награды — ордена «За выдающиеся заслуги перед США». Вручил заокеанский орден ему все тот же контр-адмирал Елисеев.

Лишь много лет спустя Павел Павлович узнал, что этими орденами по личному распоряжению президента Рузвельта были награждены только десять советских воинов, наиболее отличившихся в боях против общего врага. Слышал он и версию о том, что посол США получил серьезное взыскание от своего президента и даже вынужден был подать в отставку в связи с тем, что перепоручил награждение лучших из лучших Молотову.

У «Меркурия» и СК 065 отчасти схожим оказался и финальный этап судьбы — на боевом посту. Корпус брига «Меркурий» в период первой героической обороны Севастополя 1854—1855 годов использовался как понтон при наведении моста через Южную бухту. В 1856 году корабль был уведен в Николаев и окончательно разобран.

Героический гвардейский «морской охотник» СК 065, прослужив недолго пирсом в Керчи, затонул, разбитый штормами.

В самом центре Севастополя, на Матросском бульваре, в 1839 году был открыт памятник бригу «Меркурий» — первый памятник, с которого в городе ведется счет монументам военной истории. На его постаменте — лаконичная пророческая надпись: «Казарскому. Потомству в пример».

Павел Павлович Сивенко живет недалеко от центра города. 10 апреля 2005 года ему исполнилось 86 лет. К счастью, он еще полон сил и оптимизма. И всегда рад поделиться своими воспоминаниями — потомкам в пример.

Мария ВИРГИНСКАЯ,
Ольга СИГАЧЕВА

0

32

...Русские награды XVIII-начала ХХ века. Георгиевский крест в истории России. Из книги: В.А.Дуров

До Крымской войны два раза выдавался Георгиевский флаг морякам, вернее, боевым кораблям, проявившим исключительную отвагу и воинское искусство в бою. Первым заслужил право поднять кормовой Георгиевский флаг линейный корабль «Азов» , который под командованием капитана 1-го ранга М. П. Лазарева отличился в Наваринском сражении 1827 г. с турецко-египетской эскадрой. В этом бою особую храбрость проявили служившие на «Азове» лейтенант П. С. Нахимов, мичман В. А. Корнилов и гардемарин В. И. Истомин, будущие герои Севастополя. За успешные боевые действия при Наварине «Азов» первым в русском флоте получил право поднять на корме Георгиевский флаг с изображением воина-святого «в честь достохвальных деяний начальников, мужества и неустрашимости офицеров и храбрости нижних чинов» . Когда «Азов» пришел в ветхость, был построен новый корабль, названный «Память Азова» , на котором также был поднят кормовой Георгиевский флаг, чем подчеркивалась преемственность боевых традиций русского флота. Традиция давать это название одному из боевых кораблей перешла и в советский военно-морской флот.

Вторым кораблем в русском флоте, получившим право поднять кормовой Георгиевский флаг, был 18-пушечный бриг «Меркурий» , который под командованием капитан-лейтенанта А. И. Казарского выдержал 14 мая 1829 г. бой с двумя турецкими линейными кораблями, на одном из которых было 110 пушек, на другом —74. Несмотря на десятикратное превосходство в артиллерии, туркам не удалось захватить русский корабль. Наоборот, меткими выстрелами русские моряки нанесли серьезные повреждения противнику и заставили его прекратить бой.

Весь экипаж «Меркурия» был представлен к наградам — офицеры к орденам (А. И. Казарский получил орден св. Георгия 4-й степени), матросы —к Знаку Отличия Военного ордена, а на корме брига взвился Георгиевский флаг. Одновременно было установлено, что в составе Черноморской эскадры всегда должен находиться корабль с названием «Меркурий» или «Память Меркурия» . И сегодня на Черном море находится российский корабль «Память Меркурия» .

Официально единый тип Георгиевских знаменных флагов на флоте был принят лишь в 1837 г. приказом Начальника Главного Морского штаба (до этого экипажи «Азова» и «Меркурия» были отмечены кормовыми Георгиевскими флагами). Знаменный Георгиевский флаг представлял собой белое полотнище с традиционным синим Андреевским крестом, но с изображением в центре, в красном щите, фигуры св. Георгия, поражающего копьем змия. По периметру флага должна была идти надпись, рассказывающая о событии, послужившем причиной награждения. Первыми и, как оказалось, последними в истории отечественного военно-морского флота заслужили Георгиевские знаменные флаги моряки Черноморского флота за героическую защиту Севастополя во время Крымской войны. Из 20 тысяч офицеров и матросов, сошедших с кораблей и защищавших Черноморскую твердыню на суше в течение почти года, к концу обороны осталось в строю лишь 800 человек. Наградные флаги получили 17 флотских экипажей. На флагах была помещена надпись: «За оборону Севастополя с 13 сентября 1854 по 27 августа 1855 года» .
http://dragons-nest.ru/def/nagrad.php

0

33

http://uploads.ru/t/J/C/r/JCrov.jpg
Памятник пароходу "Веста"
Почти пятьдесят лет спустя подвиг брига «Меркурий» повторил экипаж парохода «Веста».
        Пароход этот принадлежал Российскому обществу пароходства и торговли и много лет совершал рейсы по Черному морю, перевозя различные грузы и пассажиров. Однако этому мирному судну была уготована нелегкая и героическая участь.
        В начале русско-турецкой воины 1877-1878 гг., когда возникла необходимость увеличить флот, «Веста» была куплена правительством, перестроена для военных целей, оснащена орудиями с новыми приборами управления и шестовыми минами. Экипаж набрали на добровольцев, командиром стал капитан-лейтенант Н.М. Баранов. «Веста» превратилась в легкий вспомогательный крейсер.
        11 июля 1877 г. в районе Констанцы «Веста» встретилась с быстроходным турецким броненосцем «Фетхи-Буленд», имевшим мощную броню и сильную артиллерию. Хорошо сознавая преимущество противника, капитан-лейтенант Баранов все же решил принять бой.
        Неравный поединок длился пять часов. «Веста» несла потери. Погиб командовавший артиллерией подполковник К.Д. Чернов, было много раненых, в том числе и сам командир. На корабле начался пожар, но ни у кого не возникало мысли об отступлении. Удачно маневрируя, русский пароход продолжал вести меткий артиллерийский огонь и шел на сближение с турками, изготовившись к абордажному броску. Удачными выстрелами русские артиллеристы сначала вывели из строя башню броненосца, затем вызвали мощный взрыв. Окутанный клубами черного дыма, «Фетхи-Буленд» вынужден был отступить.
        С изрешеченным флагом, с многочисленными пробоинами в корпусе "Веста" вернулась в родной порт победительницей. Весь личный состав был награжден орденами и медалями.
        Погибших героев похоронили на Михайловском кладбище на Северной стороне. В 1886 г. на их братской могиле был сооружен памятник по проекту скульптора П.О. Брукальского – массивный четырехгранный крестообразный пилон, установленный на широком ступенчатом постаменте. В основание пилона вмонтированы чугунные ядра. Орудийные стволы, напоминающие колонны, поддерживают пилон.
        На лицевой стороне памятника прямой рельефный крест, под ним мемориальная доска с текстом, рассказывающим о подвиге экипажа «Весты». На боковых гранях памятные доски с именами двенадцати погибших. Общая высота памятника – 5 м. Выполнен из гранита, орудийные стволы и доски – чугунные.
http://our-travels.sumy.ua/ost/Goroda/U … ol_pam.php

0

34

Ответ на вопрос, почему русские не сдаются и побеждают, дают следующие предсмертные надписи и письма.

Надписи защитников Брестской крепости на её стенах

Умрём, но не уйдем! Умрём, но из крепости не уйдём.

Я умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина.

20 / 07-41 г.

Записка участников боев под Килией

Держались до последней капли крови. Группа Савинова. Три дня сдерживали наступление значительных сил противника, но в результате ожесточенных боев под Килией в группе капитана Савинова осталось четыре человека: капитан, я, младший сержант Останов и солдат Омельков. Погибнем, но не сдадимся.

Кровь за кровь, смерть за смерть!

Июль 1941 г.

Письмо танкиста А. Голикова жене

Милая Тонечка!

Я не знаю, прочитаешь ли ты когда-нибудь эти строки? Но я твердо знаю, что это последнее мое письмо.

Сейчас идет бой жаркий, смертельный. Наш танк подбит. Кругом нас фашисты. Весь день отбиваем атаку. Улица Островского усеяна трупами в зелёных мундирах, они похожи на больших недвижимых ящериц. Сегодня шестой день войны. Мы остались вдвоём — Павел Абрамов и я. Ты его знаешь, я тебе писал о нём. Мы не думаем о спасении своей жизни. Мы воины и не боимся умереть за Родину. Мы думаем, как бы подороже немцы заплатили за нас, за нашу жизнь…

Я сижу в изрешеченном и изуродованном танке. Жара невыносимая, хочется пить. Воды нет ни капельки. Твой портрет лежит у меня на коленях. Я смотрю на него, на твои голубые глаза, и мне становится легче — ты со мной. Мне хочется с тобой говорить, много-много, откровенно, как раньше, там, в Иваново… 22 июня, когда объявили войну, я подумал о тебе, думал, когда теперь вернусь, когда увижу тебя и прижму твою милую головку к своей груди? А может, никогда. Ведь война… Когда наш танк впервые встретился с врагом, я бил по нему из орудия, косил пулеметным огнем, чтобы больше уничтожить фашистов и приблизить конец войны, чтобы скорее увидеть тебя, мою дорогую. Но мои мечты не сбылись… Танк содрогается от вражеских ударов, но мы пока живы. Снарядов нет, патроны на исходе. Павел бьет по врагу прицельным огнем, а я «отдыхаю», с тобой разговариваю. Знаю, что это в последний раз. И мне хочется говорить долго, долго, но некогда. Ты помнишь, как мы прощались, когда меня провожала на вокзал? Ты тогда сомневалась в моих словах, что я вечно буду тебя любить. Предложила расписаться, чтобы я всю жизнь принадлежал тебе одной. Я охотно выполнил твою просьбу. У тебя на паспорте, а у меня на квитанции стоит штамп, что мы муж и жена. Это хорошо. Хорошо умирать, когда знаешь, что там, далеко, есть близкий тебе человек, он помнит обо мне, думает, любит. «Хорошо любимым быть…» Сквозь пробоины танка я вижу улицу, зеленые деревья, цветы в саду яркие-яркие. У вас, оставшихся в живых, после войны жизнь будет такая же яркая, красочная, как эти цветы, и счастливая… За нее умереть не страшно… Ты не плачь. На могилу мою ты, наверное, не придешь, да и будет ли она — могила-то?

28 июня 1941 г.

Записка и письмо партизанки В. Поршневой матери

Завтра я умру, мама.

Ты прожила 50 лет, а я лишь 24. Мне хочется жить. Ведь я так мало сделала! Хочется жить, чтобы громить ненавистных фашистов. Они издевались надо мной, но я ничего не сказала. Я знаю: за мою смерть отомстят мои друзья — партизаны. Они уничтожат захватчиков.

Не плачь, мама. Я умираю, зная, что все отдавала победе. За народ умереть не страшно. Передай девушкам: пусть идут партизанить, смело громят оккупантов.

Наша победа недалека!

29 ноября 1941 г.

Обращение старшины Г. А. Исланова к товарищам по фронту

Я — командир пешей разведки 1243-го с. п. Исланов Г. А.

Второй день в окружении. Против нас враг бросил батальон. Но мы не сдадимся живыми.

Мы разгромили штаб 116-го эсэсовского полка, захватили двух полковников, знамя, документы. Около меня на полу эти два полковника, живые. Фашисты хотят спасти их, но не удастся. Из десяти разведчиков осталось шесть человек…

Около меня тринадцатилетний пионер Петя Сафронов из Калинина. Партизаны послали его к нам связным. Он не мог вырваться. Беспощадно боролся, уничтожил более 25 фашистов, получил шестнадцать ранений, погиб геройски.

Немецкий батальон окружил нас. Стремятся освободить своих полковников и уничтожить нас… За это время уничтожили более 300 фашистов…

Я — коммунист, с честью выполнил свой долг перед партией, перед народом. Бейте фашистов беспощадно, они сильны перед слабыми, а перед сильными они — ничто. Не бойтесь смерти. Она приходит один раз. Прославляйте свою Родину своей преданностью.

Судьба нашей Родины решается сейчас на поле битвы.

Если попадут мои записи к немцам, то читайте — это пишет разведчик перед смертью. Мы победим вас. Наша многонациональная Красная Армия во главе с великим русским народом непобедима. Она ведет справедливую войну…

Не забудьте девушку Маню из села Некрасова. Она погибла геройски, настоящая патриотка. Она уничтожила четырех офицеров, а ее саму фашисты расстреляли.

Немцы подтянули еще свежую силу — целый батальон против советских разведчиков. Пусть попробуют. Им не взять своих полковников живыми. Их мы уже приговорили к смерти.

Коммунист, разведчик стрелкового полка старшина Исланов.

28 декабря 1941 г.

Записка защитника Москвы красноармейца А. Виноградова

Нас было 12 послано на Минское шоссе преградить путь противнику, особенно танкам. И мы стойко держались. И вот уже нас осталось трое: Коля, Володя и я, Александр. Но враги без пощады лезут. И вот еще пал один — Володя из Москвы. Но танки все лезут. Уже на дороге горят 19 машин. Но нас двое. Но мы будем стоять, пока хватит духа, но не пропустим до подхода своих.

И вот я один остался, раненный в голову и руку. И танки прибавили счет. Уже 23 машины. Возможно, я умру. Но, может, кто найдет мою когда-нибудь записку и вспомнит героев. 

Я — из Фрунзе, русский. Родителей нет. До свидания, дорогие друзья.

Ваш Александр Виноградов.

22 февраля 1942 г.

Письмо Героя Советского Союза Е. К. Убийвовк из гестаповского застенка Полтавы

Родные мои мама, папа, Верочка, Глафира.

Сегодня, завтра — я не знаю когда — меня расстреляют за то, что я не могу идти против своей совести, за то, что я комсомолка. Я не боюсь умирать и умру спокойно.

Я твердо знаю, что выйти отсюда я не могу. Поверьте — я пишу не сгоряча, я совершенно спокойна. Обнимаю вас всех в последний раз и крепко, крепко целую. Я не одинока и чувствую вокруг себя много любви и заботы. Умирать не страшно.

Целую всех от всего сердца.

Ляля.

24-25 мая 1942 г.

Последний номер рукописной газеты «Окопная Правда», выпущенной пионером В. Волковым

Окопная Правда № 11

Наша 10-ка — это мощный кулак, который врагу будет дивизией, и, как сказал майор Жиделев, мы будем драться как дивизия.

Нет силы в мире, которая победит нас, Советское государство, потому что мы сами хозяева, нами руководит партия коммунистов.

Вот посмотрите, кто мы.

Здесь, в 52-й школе:

Валерий Волков

    Командир морского пехотного полка майор Жиделев, русский.
    Капитан, кавалерист, грузин Гобиладзе.
    Танкист, рядовой Паукштите Василий, латыш,.
    Врач медицинской службы, капитан Мамедов, узбек.
    Летчик, младший лейтенант Илита Даурова, осетинка.
    Моряк Ибрагим Ибрагимов, казанский татарин.
    Артиллерист Петруненко из Киева, украинец.
    Сержант, пехотинец Богомолов из Ленинграда, русский.
    Разведчик, водолаз Аркадий Журавлев из Владивостока.
    Я, сын сапожника, ученик 4.-го кл., Волков Валерий, русский.

Посмотрите, какой мощный кулак мы составляем и сколько немцев нас бьют, а мы сколько их побили; посмотрите, что творилось вокруг этой школы вчера, сколько убитых лежит из них, а мы, как мощный кулак, целы и держимся, а они, сволочи, думают, что нас здесь тысяча, и идут против нас тысячами. Ха-ха, трусы, оставляют даже тяжелораненых и убегают.

Эх, как я хочу жить и рассказывать все это после победы. Всем, кто будет учиться в этой школе!

52-я школа! Твои стены держатся, как чудо среди развалин, твой фундамент не дрогнул, как наш мощный кулак десятки…

Дорогая десятка! Кто из вас останется жив, расскажите всем, кто в этой школе будет учиться; где бы вы ни были, приезжайте и расскажите все, что происходило здесь, в Севастополе. Я хочу стать птицей и облететь весь Севастополь, каждый дом, каждую школу, каждую улицу. Это такие мощные кулаки, их миллионы, нас никогда не победят сволочи Гитлер и другие. Нас миллионы, посмотрите! От Дальнего Востока до Риги, от Кавказа до Киева, от Севастополя до Ташкента, таких кулаков миллионы, и мы, как сталь, непобедимы!

Валерий «поэт» (Волк) 1942 г.

Июнь 1942 г.

Надписи советских воинов на стенах в Аджимушкайских каменоломнях

Смерть, но не плен! Да здравствует Красная Армия! Выстоим, товарищи! Лучше смерть, чем плен.

22-06-42. Ровно 1 год войны… Немецкие фашисты напали на нашу Родину. Проклятье фашистам! Прощайте!

Письмо гвардии майора Д. А. Петракова дочери

Моя черноглазая Мила!

Посылаю тебе василек… Представь себе: идет бой, кругом рвутся вражеские снаряды, кругом воронки и здесь же растет цветок… И вдруг очередной взрыв… василек сорван. Я его поднял и положил в карман гимнастерки. Цветок рос, тянулся к солнцу, но его сорвало взрывной волной, и, если бы я его не подобрал, его бы затоптали. Вот так фашисты поступают с детьми оккупированных населенных пунктов, где они убивают и топчут ребят… Мила! Папа Дима будет биться с фашистами до последней капли крови, до последнего вздоха, чтобы фашисты не поступили с тобой так, как с этим цветком. Что тебе непонятно, мама объяснит.

Д. А. Петраков

18 сентября 1942 г.

Письмо подпольщицы Н. Попцовой из гестаповского застенка Пятигорска

Прощай, мамочка! Я погибаю… Не плачь обо мне. Я погибаю одна, но за меня погибнет много врагов.

Мама! Придет наша родная Красная Армия, передай ей, что я погибла за Родину. Пусть отомстят за меня и за наши мучения.

Мама, милая! Еще раз прощай… ведь больше мы с тобой не увидимся. Я погибаю…

А как хочется жить! Ведь я молодая, мне всего 20 лет, а смерть глядит мне в глаза…

Как мне хотелось работать, служить для Родины!

Но эти варвары, убийцы… Они отнимают у нас нашу молодую жизнь.

Я сейчас нахожусь в смертной камере, жду с минуты на минуту смерти. Они кричат нам: «Выходите», идут к нашей камере, это…

Ой, мама! Прощай! Целую всю семью последний раз, с последним приветом и поцелуем…

Нина Попцова.

6 января 1943 г.

Надпись на стене фашистских застенков комсомолки подпольной Краснодонской организации «Молодая гвардия» У.М.Громовой

Прощайте, папа, Прощайте, мама, Прощайте, вся моя родня. Прощай, мой брат любимый Еля, Больше не увидишь ты меня. Твои моторы во сне мне снятся, Твой стан в глазах всегда стоит. Мой брат любимый, я погибаю, Крепче стой за Родину свою. До свидания.

С приветом, Громова Уля.

15 января 1943 г.

Настенная надпись А.И.Нестеренко в Павлограде, Днепропетровской области

Нас было 21. Стояли насмерть. Погибаем, но не сдаемся!

13 февраля 1943 г.

Письмо 15-летней девочки с фашистской каторги

Дорогой, добрый папенька!

Пишу я тебе письмо из немецкой неволи. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых не будет. И моя просьба к тебе, отец: покарай немецких кровопийц. Это завещание твоей умирающей дочери.

Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи. Ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала, вот ее последние слова: «Вы, не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, отсюда вон». И офицер выстрелил маме в рот…

Папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет, и если бы сейчас ты встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькая, мои глаза ввалились, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь — у меня отбили легкие.

А помнишь, папа, два года тому назад, когда мне исполнилось 13 лет? Какие хорошие были мои именины! Ты мне, папа, тогда сказал: «Расти, доченька, на радость большой!» Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню.

А теперь, папа, как взгляну на себя в зеркало — платье рваное, в лоскутках, номер на шее, как у преступницы, сама худая, как скелет,- и соленые слезы текут из глаз. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят голодные, затравленные овчарками. Каждый день их уводят и убивают.

Да, папа, и я рабыня немецкого барона, работаю у немца Шарлэна прачкой, стираю белье, мою полы. Работаю очень много, а кушаю два раза в день в корыте с «Розой» и «Кларой» — так зовут хозяйских свиней. Так приказал барон. «Русс была и будет свинья»,- сказал он. Я очень боюсь «Клары». Это большая и жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я из корыта доставала картошку.

Живу я в дровяном сарае: в комнату мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба, а хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине.

Два раза я убегала от хозяев, но меня находил ихний дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Я теряла сознание. Потом на меня выливали ведро воды и бросали в подвал.

Сегодня я узнала новость: Юзефа сказала, что господа уезжают в Германию с большой партией невольников и невольниц с Витебщины. Теперь они берут и меня с собою. Нет, я не поеду в эту трижды всеми проклятую Германию! Я решила лучше умереть на родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Только смерть спасет меня от жестокого битья.

Не хочу больше мучиться рабыней у проклятых, жестоких немцев, не давших мне жить!..

Завещаю, папа: отомсти за маму и за меня. Прощай, добрый папенька, ухожу умирать.

Твоя дочь Катя Сусанина.

Мое сердце верит: письмо дойдет

Март, 12, Лиозно, 1943 год.

Надпись подпольщицы П. Савельевой на стене тюремной камеры в Луцке

Приближается черная, страшная минута! Все тело изувечено — ни рук, ни ног… Но умираю молча. Страшно умирать в 22 года. Как хотелось жить! Во имя жизни будущих после нас людей, во имя тебя, Родина, уходим мы… Расцветай, будь прекрасна, родимая, и прощай.

Твоя Паша, январь 1944 г.

Из записной книжки старшего лейтенанта П.С.Завадского

Со мной старший лейтенант Колодко Н., лейтенант Гусаров И.Е., Подольцев В.К., автоматчик Миронов Л.И., разведчик Евдокимов, младший сержант Малахов Я., ефрейтор Писаренко, Алмазов. Будем драться до последнего дыхания, но не сдадим переправу.

…На нас снова движется бешенный, осужденный на смерть вал врага. Нас осталось 4, нас 3, нас 2 (цифры 4, 3, 2 в оригинале перечеркнуты). Остался я один. Все равно не пропущу…

29 июня 1944 года
Полностью:
http://www.fondsk.ru/news

0

35

200 лет назад, 25 июня 1812 года, император Александр I издал манифест о начале войны с Наполеоном. К тому моменту, когда Его Величество дописывало последние строчки манифеста, огромная армия Наполеона уже переправлялась по понтонным мостам через Неман, разливаясь бесконечной людской массой по нашей земле. Начало войны вызвало всплеск патриотизма среди людей неосведомленных - Наполеон до вторжения в Россию успел короновать себя императором, расстрелять горы людей, а также прославиться как тонкий дипломат знаменитой "в жопу пьяной" школы ("Ваша империя - старая проститутка, которую насилуют все, кому ни лень!" - Меттерниху, министру иностранных дел Австрийской империи) и потому военный конфликт с ним выглядел как борьба с полубезумным тираном, давно напросившимся на хорошую взбучку - и гробовое молчание среди людей осведомленных.

Дело в том, что общая численность Великой армии Наполеона составляла 675 000 человек + 225 000 резерва в Польше (в советской прессе другие цифры, но я руководствуюсь трудом Ле Донна, профессора из Оксфорда). Численность же войск русской армии составляла 230 000 человек. При этом во главе французов стоял Наполеон, лучший полководец эпохи, окруженный блестящим созвездием блестящих офицеров, с ореолом непобедимости, в то время как наше офицерство, будучи вне всяких сомнений не менее достойным, не имело славы и опыта наполеоновских маршалов. Более того, с начала Наполеоновских войн наши армии успели многократно проиграть наполеоновским войскам и потому имели перед ними определенный комплекс неполноценности. Наконец, даже если взять население двух стран ("Трупами закидаем!"), то во Франции (даже без союзников - хотя в союзниках была вся Европа) жил 71 миллион человек, тогда как в России, включая самые отдаленные уголки Империи - лишь 36 миллионов человек. В два раза меньше.

Итого, перед вами лучшая армия Европы, закаленная в десятилетии непрерывных боев, под предводительством лучших генералов эпохи, которая к тому же в три раза больше ваших сил и - как только что сообщили нам наши разведчики - она перешла границы вашей Империи еще вчера. Вы не можете закидать их трупами - у них больше трупов. Вы не можете из перехитрить, переиграть - у них лучше офицерство. Вы не можете пробить их за счет стойкости русских солдат - перед вами выдубленные бесконечными битвами псы войны. Ваши действия?

Правильно, разработать самый блестящий, самый тонкий, самый точный, самый восхитительный стратегический план XIX века. Шедевр, сравнимый с "планом Шлиффена". Поэму - написанную не стихами, но тщательно проработанными маршрутами отступления. Если мы не можем воевать с Наполеоном солдатами, офицерами и пушками, мы будем воевать с ними тем единственным, что у нас осталось.

Пространством. Разработанный немецким генералом Пфулем (начал карьеру еще при Фридрихе Великом, под началом Пфуля служил знаменитый Клаузевиц, один из главных военных теоретиков XIX века), план войны с Наполеоном предполагал планомерное, тщательное, упорядоченное отступление. Верста за верстой. Город за городом. Заставляя Наполеона оставлять гарнизоны. Организовывать заставы. Забывать про отставших и заболевших. Заставляя Великую Армию таять и таять с каждой пройденной верстой. Звучит гениально, логично и просто. С сегодняшней точки зрения. Но, как мы помним, начало войны вызвало прилив патриотизма, а тут вдруг выяснилось, что надо не бить Наполеона, надо молча отступать. Офицеры и солдаты рвались в бой, офицеры и солдаты хотели показать СПАРТУ! А скрюченный желчный немец заставлял отступать, отступать и отступать, без всякого героизма, но с максимальной осторожностью.
Отступление едва не вызвало бунт высшей знати - у которой помимо патриотического чувства были еще и те соображения, что французы вообще-то немножко грабили их имения - и потребовалось вся железная, нечеловеческая решительность императора Александра, чтобы настоять на выполнении плана стратегического отступления. Тем не менее, на полпути к Москве пришлось сменить главнокомандующего Барклая-Де-Толли, поскольку недовольство населения ("Почему отступаем? Ну и что что их в три раза больше! Это война, вам положено бессмысленно героически умирать, а вы что творите! Назад, назад, пошли на Наполеона, пошли!") достигло критической точки. В открытую говорили об измене. Барклая сменил Кутузов, также находившийся под прессом общественного мнения и исключительно из-за мнения вынужденный дать Бородинскую битву, поскольку сдать Москву без генерального сражения было решительно немыслимо.

Часто спорят, кто победил при Бородино, но это не имеет ни малейшего значения. К моменту Бородинской битвы война была выиграна, выиграна на бумаге, первоклассным планом и его первоклассным исполнением. Я боюсь даже представить, какой решительности и непреклонности стоило высшему имперскому руководству игнорировать все требования немедленной генеральной битвы (к которой, к слову, и стремился Наполеон), делая то, что нужно, а не то, чего ждут. По итогам блестящей стратегии Пфуля и столь же блестящей непреклонности Императора вместе с прекрасным тактическим управлением Кутузова и Барклая, Наполеон оказался в Москве 14 сентября 1812 года. В Москве гениальный корсиканский тактик, а также неважный стратег, самозванец, кровопийца, тиран, дегенерат, диктатор и безумец, обнаружил четыре вещи:

1. Скоро зима. Зимой в России холодно и голодно.
2. У него больше нет Великой Армии. Есть просто армия, потрепанная, в стадии сильнейшего морального и физического разложения.
3. Ближайший опорный пункт находится в Варшаве, за 1100 с лишним километров.
4. На коммуникациях орудуют безжалостные отряды русской легкой конницы, поэтому с тем же успехом Варшава могла быть на другой планете.

Еще через два дня начался знаменитый Московский пожар и стало совсем празднично. Наполеон сидел, смотрел на обгорелые руины, среди которых искали остатки еды его тощие солдаты, и пытался понять, как так получилось, что он до сих пор не проиграл ни одной битвы, но при этом полностью проиграл войну. За его плечами тихо посмеивался дух Георгия Победоносца, знавший, что бедный французский дурак впервые в истории Европы столкнулся с тотальной войной, войной не армией, но всем, что было: территорией, населением, временем, пространством, хлебными запасами, в конце-концов. Блестящей войной. Точно продуманной. Точно исполненной. За три месяца уничтожившей самую грозную военную силу Европы, которую до этого 15 лет ковыряли всем Евросоюзом и ничего не могли сделать.

Мне хочется верить, что в этот момент в Петербурге перед Государем и всем высшим имперским светом вышел в белом мундире Пфуль и просто молча поклонился под аплодисменты и крики "Браво!" (на самом деле под давлением лобби "ГДЕ СПАРТА? СПАРТУ ДАВАЙ!" он вынужден был уехать в Швецию, где, впрочем, получил полное благодарностей письмо Императора и вскоре вернулся ко двору).
Дальнейшее известно - французская попытка вырваться из московской ловушки, первое поражение у Малоярославца, отступление по выжженной Смоленской дороге, которую сам же Наполеон до этого и разграбил, стычка за стычкой, тающие на глазах войска и 1600 полумертвых солдатиков, переправившихся обратно через Неман 14 декабря, ровно там, где полгода назад начинали вторжение огромной лавиной. Отечественная война, представлявшая беспримерную, беспрецедентную стратегическую операцию, завершилась.

Что лучше всего - по итогам Отечественной войны мы не только отбились от самой страшной армии Европы с минимальными потерями, мы превратились в доминирующую силу на континенте и будем таковой 40 с лишним лет, вплоть до Крымской войны (для сравнения - СССР после Победы просуществовал 46 лет). Пользуясь увертливостью, хитростью, безжалостностью, стальной дисциплиной и непреклонной волей, с одними лишь лесами, полями, снегами и тщательно расчерченными картах, мы заберемся на Европейский Трон и будем затем играть с судьбами Европы следующие четыре десятилетия. Наша геополитическая гегемония выльется в небывалый расцвет русской культуры, русский человек наконец распрямится и скажет миру свое веское слово, русская нация из отдаленного восточного народа станет Держательницей Мира, а наши русские гении, вдохновленные светом Солнца Империи, выплавят золото нашей культуры, включая роман "Война и мир", лучший роман в истории человеческой цивилизации. Отечественная война 1812 года ляжет в фундамент нашего национального сознания, Отечественная война 1812 года станет для нас моментом рождения русской нации, той русской нации, которую мы знаем, любим и храним в своих сердцах.

Все то, что вы подразумеваете под словом "русский", все то, что делает вас русским, все то, что возвышает и высветляет вас над 6 миллиардами человеческих масс, все то, что составляет суть вашей русской души, родилось тогда, в 1812 году.

Склонимся же перед русскими солдатами и офицерами, прошедшими тысячи километров сначала до Москвы, а затем прошагавшими обратно, в сердце Европы. Склонимся перед русскими мужиками, плясавшими, когда их забирали в армию, и встречавшими французских гостей кнутами и вилами. Склонимся перед русскими генералами, ювелирно маневрировавшими войсками, раз за разом сбегая из пасти французского чудовища. Склонимся перед немцем Пфулем, обуздавшим русскую ярость стальным немецким планом. И склонимся перед императором Александром, сохранившим мертвенную решимость в самые страшные дни вторжения.

Их давно уже нет, но есть мы, русские, их духовные внуки и правнуки, и мы будем повторять и славить их имена из поколения в поколение, столетие за столетием, пока на Земле будет звучать наш великий русский язык.Слава России! Слава героям! Слава великому году Огня, выплавившему Русское Золото!

Ура! Ура! Ура!
http://vk.com/wall-38310271_23662?reply=23663

0

36

Немецкие солдаты о русских. А кто- то еще заикается про русское рабство....
Оригинал взят у matveychev_oleg в Немецкие солдаты о русских. А кто- то еще заикается про русское рабство....
Из книги Роберта Кершоу «1941 год глазами немцев»:

«Во время атаки мы наткнулись на легкий русский танк Т-26, мы тут же его щелкнули прямо из 37-миллиметровки. Когда мы стали приближаться, из люка башни высунулся по пояс русский и открыл по нам стрельбу из пистолета. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их ему оторвало, когда танк был подбит. И, невзирая на это, он палил по нам из пистолета!» /Артиллерист противотанкового орудия/

«Мы почти не брали пленных, потому что русские всегда дрались до последнего солдата. Они не сдавались. Их закалку с нашей не сравнить…» /Танкист группы армий «Центр»/

После успешного прорыва приграничной обороны, 3-й батальон 18-го пехотного полка группы армий «Центр», насчитывавший 800 человек, был обстрелян подразделением из 5 солдат. «Я не ожидал ничего подобного, – признавался командир батальона майор Нойхоф своему батальонному врачу. – Это же чистейшее самоубийство атаковать силы батальона пятеркой бойцов».

«На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой. Уже первая атака обернулась сражением не на жизнь, а на смерть». /Танкист 12-й танковой дивизии Ганс Беккер/

«В такое просто не поверишь, пока своими глазами не увидишь. Солдаты Красной Армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов». /Офицер 7-й танковой дивизии/

«Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого… Ожесточенное сопротивление, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям» /Генерал-майор Гофман фон Вальдау/

«Никого еще не видел злее этих русских. Настоящие цепные псы! Никогда не знаешь, что от них ожидать. И откуда у них только берутся танки и все остальное?!» /Один из солдат группы армий «Центр»/

«Поведение русских даже в первом бою разительно отличалось от поведения поляков и союзников, потерпевших поражение на Западном фронте. Даже оказавшись в кольце окружения, русские стойко оборонялись». /Генерал Гюнтер Блюментритт, начальник штаба 4-й армии/
Источник - http://svpressa.ru/society/article/56325/

71 год назад гитлеровская Германия напала на СССР. Каким оказался наш солдат в глазах врага - солдат немецких? Как выглядело начало войны из чужих окопов? Весьма красноречивые ответы на эти вопросы можно обнаружить в книге, автор которой едва ли может быть обвинен в искажении фактов. Это «1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо железных» английского историка Роберта Кершоу, которая недавно опубликована в России. Книга практически целиком состоит из воспоминаний немецких солдат и офицеров, их писем домой и записей в личных дневниках.

Вечер 21 июня

Вспоминает унтер-офицер Гельмут Колаковски: «Поздним вечером наш взвод собрали в сараях и объявили: «Завтра нам предстоит вступить в битву с мировым большевизмом». Лично я был просто поражен, это было как снег на голову, а как же пакт о ненападении между Германией и Россией? Я все время вспоминал тот выпуск «Дойче вохеншау», который видел дома и в котором сообщалось о заключенном договоре. Я не мог и представить, как это мы пойдем войной на Советский Союз». Приказ фюрера вызвал удивление и недоумение рядового состава. «Можно сказать, мы были огорошены услышанным, - признавался Лотар Фромм, офицер-корректировщик. - Мы все, я подчеркиваю это, были изумлены и никак не готовы к подобному». Но недоумение тут же сменилось облегчением избавления от непонятного и томительного ожидания на восточных границах Германии. Опытные солдаты, захватившие уже почти всю Европу, принялись обсуждать, когда закончится кампания против СССР. Слова Бенно Цайзера, тогда еще учившегося на военного водителя, отражают общие настроения: «Все это кончится через каких-нибудь три недели, нам было сказано, другие были осторожнее в прогнозах - они считали, что через 2-3 месяца. Нашелся один, кто считал, что это продлится целый год, но мы его на смех подняли: «А сколько потребовалось, чтобы разделаться с поляками? А с Францией? Ты что, забыл?»

Но не все были столь оптимистичны. Эрих Менде, обер-лейтенант из 8-й силезской пехотной дивизии, вспоминает разговор со своим начальником, состоявшийся в эти последние мирные минуты. «Мой командир был в два раза старше меня, и ему уже приходилось сражаться с русскими под Нарвой в 1917 году, когда он был в звании лейтенанта. «Здесь, на этих бескрайних просторах, мы найдем свою смерть, как Наполеон», - не скрывал он пессимизма... Менде, запомните этот час, он знаменует конец прежней Германии».

В 3 часа 15 минут передовые немецкие части перешли границу СССР. Артиллерист противотанкового орудия Иоганн Данцер вспоминает: «В самый первый день, едва только мы пошли в атаку, как один из наших застрелился из своего же оружия. Зажав винтовку между колен, он вставил ствол в рот и надавил на спуск. Так для него окончилась война и все связанные с ней ужасы».

22 июня, Брест

Захват Брестской крепости был поручен 45-й пехотной дивизии вермахта, насчитывавшей 17 тысяч человек личного состава. Гарнизон крепости - порядка 8 тысяч. В первые часы боя посыпались доклады об успешном продвижении немецких войск и сообщения о захвате мостов и сооружений крепости. В 4 часа 42 минуты «было взято 50 человек пленных, все в одном белье, их война застала в койках». Но уже к 10:50 тон боевых документов изменился: «Бой за овладение крепостью ожесточенный - многочисленные потери». Уже погибло 2 командира батальона, 1 командир роты, командир одного из полков получил серьезное ранение.

«Вскоре, где-то между 5.30 и 7.30 утра, стало окончательно ясно, что русские отчаянно сражаются в тылу наших передовых частей. Их пехота при поддержке 35-40 танков и бронемашин, оказавшихся на территории крепости, образовала несколько очагов обороны. Вражеские снайперы вели прицельный огонь из-за деревьев, с крыш и подвалов, что вызвало большие потери среди офицеров и младших командиров».

«Там, где русских удалось выбить или выкурить, вскоре появлялись новые силы. Они вылезали из подвалов, домов, из канализационных труб и других временных укрытий, вели прицельный огонь, и наши потери непрерывно росли».
Сводка Верховного командования вермахта (ОКВ) за 22 июня сообщала: «Создается впечатление, что противник после первоначального замешательства начинает оказывать все более упорное сопротивление». С этим согласен и начальник штаба ОКВ Гальдер: «После первоначального «столбняка», вызванного внезапностью нападения, противник перешел к активным действиям».

Для солдат 45-й дивизии вермахта начало войны оказалось совсем безрадостным: 21 офицер и 290 унтер-офицеров (сержантов), не считая солдат, погибли в ее первый же день. За первые сутки боев в России дивизия потеряла почти столько же солдат и офицеров, сколько за все шесть недель французской кампании.

«Котлы»

Самыми успешными действиями войск вермахта были операцию по окружению и разгрому советских дивизий в «котлах» 1941-го года. В самых крупных из них - Киевском, Минском, Вяземском - советские войска потеряли сотни тысяч солдат и офицеров. Но какую цену за это заплатил вермахт?

Генерал Гюнтер Блюментритт, начальник штаба 4-й армии: «Поведение русских даже в первом бою разительно отличалось от поведения поляков и союзников, потерпевших поражение на Западном фронте. Даже оказавшись в кольце окружения, русские стойко оборонялись».

Автор книги пишет: «Опыт польской и западной кампаний подсказывал, что успех стратегии блицкрига заключается в получении преимуществ более искусным маневрированием. Даже если оставить за скобками ресурсы, боевой дух и воля к сопротивлению противника неизбежно будут сломлены под напором громадных и бессмысленных потерь. Отсюда логически вытекает массовая сдача в плен оказавшихся в окружении деморализованных солдат. В России же эти «азбучные» истины оказались поставлены с ног на голову отчаянным, доходившим порой до фанатизма сопротивлением русских в, казалось, безнадежнейших ситуациях. Вот поэтому половина наступательного потенциала немцев и ушла не на продвижение к поставленной цели, а на закрепление уже имевшихся успехов».

Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок, в ходе операции по уничтожению советских войск в Смоленском «котле» писал об их попытках вырваться из окружения: «Весьма значимый успех для получившего такой сокрушительный удар противника!». Кольцо окружения не было сплошным. Два дня спустя фон Бок сокрушался: «До сих пор не удалось заделать брешь на восточном участке Смоленского котла». Той ночью из окружения сумели выйти примерно 5 советских дивизий. Еще три дивизии прорвались на следующий день.

Об уровне немецких потерь свидетельствует сообщение штаба 7-й танковой дивизии, что в строю осталось всего 118 танков. 166 машин было подбито (хотя 96 подлежали ремонту). 2-я рота 1-го батальона полка «Великая Германия» всего за 5 дней боев на удержание линии Смоленского «котла» потеряла 40 человек при штатной численности роты в 176 солдат и офицеров.

Постепенно менялось и восприятие войны с Советским союзом у рядовых немецких солдат. Безудержный оптимизм первых дней боев сменился осознанием того, что «что-то идет не так». Потом пришли безразличие и апатия. Мнение одного из немецких офицеров: «Эти огромные расстояния пугают и деморализуют солдат. Равнины, равнины, конца им нет и не будет. Именно это и сводит с ума».

Постоянное беспокойство доставляли войскам и действия партизан, число которых росло по мере уничтожения «котлов». Если поначалу их количество и активность были ничтожны, то после окончания боев в киевском «котле» число партизан на участке группы армий «Юг» значительно возросло. На участке группы армий «Центр» они взяли под контроль 45% захваченных немцами территорий .

Кампания, затянувшаяся долгим уничтожением окруженных советских войск, вызывала все больше ассоциаций с армией Наполеона и страхов перед русской зимой. Один из солдат группы армий «Центр» 20 августа сетовал: «Потери жуткие, не сравнить с теми, что были во Франции». Его рота, начиная с 23 июля, участвовала в боях за «танковую автостраду № 1». «Сегодня дорога наша, завтра ее забирают русские, потом снова мы, и так далее». Победа уже не казалась столь недалекой. Напротив, отчаянное сопротивление противника подрывало боевой дух, внушало отнюдь не оптимистические мысли. «Никого еще не видел злее этих русских. Настоящие цепные псы! Никогда не знаешь, что от них ожидать. И откуда у них только берутся танки и все остальное?!»

За первые месяцы кампании была серьезно подорвана боеспособность танковых частей группы армий «Центр». К сентябрю 41-го 30% танков были уничтожены, а 23% машин находились в ремонте. Почти половина всех танковых дивизий, предусмотренных для участия в операции «Тайфун», располагали лишь третью от первоначального числа боеготовых машин. К 15 сентября 1941 года группа армий «Центр» располагала в общей сложности 1346 боеготовыми танками, в то время как на начало кампании в России эта цифра составляла 2609 единиц.

Потери личного состава были не менее тяжелыми. К началу наступления на Москву немецкие части лишились примерно трети офицерского состава. Общие потери в живой силе к этому моменту достигли примерно полумиллиона человек, что эквивалентно потере 30 дивизий. Если же учесть, что только 64% от общего состава пехотной дивизии, то есть 10840 человек, являлись непосредственно «бойцами», а остальные 36% приходились на тыловые и вспомогательные службы, то станет ясно, что боеспособность немецких войск снизилась еще сильнее.

Так ситуацию на Восточном фронте оценил один из немецких солдат: «Россия, отсюда приходят только дурные вести, и мы до сих пор ничего не знаем о тебе. А ты тем временем поглощаешь нас, растворяя в своих неприветливых вязких просторах».

О русских солдатах

Первоначальное представление о населении России определялось немецкой идеологией того времени, которая считала славян «недочеловеками». Однако опыт первых боев внес в эти представления свои коррективы.
Генерал-майор Гофман фон Вальдау, начальник штаба командования люфтваффе через 9 дней после начала войны писал в своем дневнике: «Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого... Ожесточенное сопротивление, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям». Подтверждением этого стали первые воздушные тараны. Кершоу приводит слова одного полковника люфтваффе: «Советские пилоты - фаталисты, они сражаются до конца без какой-либо надежды на победу и даже на выживание». Стоит заметить, что в первый день войны с Советским Союзом люфтваффе потеряли до 300 самолетов. Никогда до этого ВВС Германии не несли таких больших единовременных потерь.

В Германии радио кричало о том, что снаряды «немецких танков не только поджигают, но и насквозь прошивают русские машины». Но солдаты рассказывали друг другу о русских танках, которые невозможно было пробить даже выстрелами в упор - снаряды рикошетили от брони. Лейтенант Гельмут Ритген из 6-й танковой дивизии признавался, что в столкновении с новыми и неизвестными танками русских: «...в корне изменилось само понятие ведения танковой войны, машины КВ ознаменовали совершенно иной уровень вооружений, бронезащиты и веса танков. Немецкие танки вмиг перешли в разряд исключительно противопехотного оружия...» Танкист 12-й танковой дивизии Ганс Беккер: «На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой. Уже первая атака обернулась сражением не на жизнь, а на смерть».

Артиллерист противотанкового орудия вспоминает о том, какое неизгладимое впечатление на него и его товарищей произвело отчаянное сопротивление русских в первые часы войны: «Во время атаки мы наткнулись на легкий русский танк Т-26, мы тут же его щелкнули прямо из 37-миллиметровки. Когда мы стали приближаться, из люка башни высунулся по пояс русский и открыл по нам стрельбу из пистолета. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их ему оторвало, когда танк был подбит. И, невзирая на это, он палил по нам из пистолета!»

Автор книги «1941 год глазами немцев» приводит слова офицера, служившего в танковом подразделении на участке группы армий «Центр», который поделился своим мнением с военным корреспондентом Курицио Малапарте: «Он рассуждал, как солдат, избегая эпитетов и метафор, ограничиваясь лишь аргументацией, непосредственно имевшей отношение к обсуждаемым вопросам. «Мы почти не брали пленных, потому что русские всегда дрались до последнего солдата. Они не сдавались. Их закалку с нашей не сравнить...»

Гнетущее впечатление на наступающие войска производили и такие эпизоды: после успешного прорыва приграничной обороны, 3-й батальон 18-го пехотного полка группы армий «Центр», насчитывавший 800 человек, был обстрелян подразделением из 5 солдат. «Я не ожидал ничего подобного, - признавался командир батальона майор Нойхоф своему батальонному врачу. - Это же чистейшее самоубийство атаковать силы батальона пятеркой бойцов».

В середине ноября 1941-го года один пехотный офицер 7-й танковой дивизии, когда его подразделение ворвалось на обороняемые русскими позиции в деревне у реки Лама, описывал сопротивление красноармейцев. «В такое просто не поверишь, пока своими глазами не увидишь. Солдаты Красной Армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов».

Зима 41-го

В немецких войсках быстро вошла в обиход поговорка «Лучше три французских кампании, чем одна русская». «Здесь нам недоставало удобных французских кроватей и поражало однообразие местности». «Перспективы оказаться в Ленинграде обернулись бесконечным сидением в пронумерованных окопах».

Высокие потери вермахта, отсутствие зимнего обмундирования и неподготовленность немецкой техники к боевым действиям в условиях русской зимы постепенно позволили перехватить инициативу советским войскам. За трехнедельный период с 15 ноября по 5 декабря 1941 года русские ВВС совершили 15 840 боевых вылетов, тогда как люфтваффе лишь 3500, что еще больше деморализовало противника.

В танковых войсках ситуация была аналогичной: подполковник Грампе из штаба 1-й танковой дивизии докладывал о том, что его танки вследствие низких температур (минус 35 градусов) оказались небоеготовы. «Даже башни заклинило, оптические приборы покрываются инеем, а пулеметы способны лишь на стрельбу одиночными патронами...» В некоторых подразделениях потери от обморожений достигали 70%.

Йозеф Дек из 71-го артиллерийского полка вспоминает: «Буханки хлеба приходилось рубить топором. Пакеты первой помощи окаменели, бензин замерзал, оптика выходила из строя, и руки прилипали к металлу. На морозе раненые погибали уже несколько минут спустя. Нескольким счастливчикам удалось обзавестись русским обмундированием, снятым с отогретых ими трупов».

Ефрейтор Фриц Зигель в своем письме домой от 6 декабря писал:«Боже мой, что же эти русские задумали сделать с нами? Хорошо бы, если бы там наверху хотя бы прислушались к нам, иначе всем нам здесь придется подохнуть"
http://consigliere-rpc.livejournal.com/632984.html

+2

37

Свой первый бой артиллеристы армии Кутузова из Чехии выиграли несколько дней назад на границе. С оригинала орудия тех времен, хранящегося в Санкт-Петербурге, они сделали точную копию. При пересечении границы с Белоруссией им сказали: вас пустим, орудия оставляйте. Чехи ответили: русские свое оружие не бросают. Прождав девять часов, решили ехать в Россию через Латвию. Снова отказ. На границе стояли уже 19 часов, но решили, что на Бородинское поле попадут только с орудием. Поразившись стойкости и упорству «русских» артиллеристов родом из чешского города Брно, их все же пустили.


Подробнее: http://www.ntv.ru/novosti/328299/rambler#ixzz25OIXAKmJ

0

38

0

39

Рассказала сегодня коллега на работе. Ржал долго. У неё матёрый сын-трёхлетка. Ему подарили очень интересную игрушку – мегатанк с вращающейся башней и выдвигающейся вертолётной площадкой с вертолётом. Причём танк ещё умеет издавать неприличные с точки зрения совестливого человека звуки: «За Родину!!!», «В атаку!!!», «УРАААА!!!» и «Русские не сдаются!!!» Сказать, что ребёнок был в восторге – не сказать ничего. Важная деталь: несмотря на свой возраст, ничего, кроме «мама», «папа» и «бяка» он не говорил. Вечером, когда всех, пардон, подзаебали неприличные звуки, издаваемые танком, мама и бабушка попытались у ребёнка эту игрушку отобрать. Зря. Ребёнок с криком «Русские не сдаются!!!» (фактически - первые его слова сложнее "мамы" и "бяки"!) начал лупить чем придётся по рукам отбирателей. Лупил больно.

При попытках отбирателей зайти с тыла, ребёнок с криками «За Родину!!!» и «УРАААА!!!» отошёл спиной к стене и начал швыряться в отбирателей кубиками. Конечно, был бы дома папа, ещё неизвестно, чем бы закончилось это эпическое сражение. Но, как говорится, если бы у бабушки был хуй, она бы была дедушкой. В итоге сражения враг был побеждён и позорно бежал, а храбрый малыш лёг спать в кроватку со своим любимым танком и чувством исполненного долга перед Родиной. Так что расслабьтесь, камрады! Будущее нашей страны в надёжных руках!
http://nixx.livdis.com/blog/view?id=44928

+1

40

It's a goddamn Russian Terminator!
http://www.liveleak.com/view?i=e6e_1368578822

0

41

Прочитала. Потрясена. Конечно же, много слышала о подвигах русских воинов. Всегда 9 мая с цветами в руках и со слезами на глазах стою у братских могил.

+2

42

ГУМАННАЯ
Спасибо Вам.

0

43

Они делают с нами лишь то, что мы сами позволяем с собой делать
http://alternatio.org/articles/articles/item/9111-они-делают-с-нами-лишь-то-что-мы-сами-позволяем-с-собой-делать

0

44

Попалось:
И один в поле воин, если он по-русски скроен После разгрома Грузинской армии её отступившие части перегруппировались и решили вернутся в Гори, но наткнулись на российский блокпост. На фотографии видно, как солдат ВС РФ наперевес с пулемётом противостоит мотопехоте ВС Грузии, офицеры колонны угрожали пулемётчику дабы тот отошел с дороги и пропустил их, на что они услышали в ответ "Идитенахйблять". Затем с пулемётчиком пытались поговорить СМИ, которые двигались с колонной и на что получили такой же ответ. В итоге колонна развернулась и двинулась туда, откуда приехала. Всегда говорил, говорю и буду говорить, что внешний бирюльковый лоск и бравадная атрибутика на войне ни фига не стоит.... Если внимательно рассмотреть фото в деталях, видим уникальную суть - парнишка в задрипанной полевке, без каски, бронежилета, с огромным подсумком на ремне, вот так бесбашенно вышел ОДИН в лоб супер-пупер, до зубов вооруженной многочисленной толпе и которой, кстати, судя по их виду, не было и тени сомнения, что будет в случае не выполнения "Идитенахйблять!!!" и в руках которых были точно такие же пулеметы...

+2

45

Попались интересные слова:
"Задача солдата не умереть за свою страну, - а заставить это сделать вражеского ублюдка."
                                                                                             генерал Паттон
И в продолжение...

http://demotivation.me/images/20110225/2j9v0m9cnyqd.jpg

+1

46

http://atnews.org/_nw/73/78547574.jpg

+1

47

Летчик Юрий Гильшер в годы Первой Мировой войны сражался даже после ампутации ступни. Он погиб в 23 года во время воздушного боя с немецкими летчиками
http://roshero.ru/2013/12/yurij-gilsher … nyj-polet/

0

48

дорожник написал(а):

Затем с пулемётчиком пытались поговорить СМИ, которые двигались с колонной и на что получили такой же ответ.

Вот это самое зло! СМИ не должны влезать в конфликт. Лупанул бы парнишка пару очередей по колонне, а пуля-дура. А потом: солдат убил журналистов и т.д. и т.п...
Увидели замес: колонна напоролась на блокпост-выскочили из машины, легли в ближайшую канаву и лежите тихонечко. Блик оптики видеокамеры, а вдруг снайпер или наблюдатель - ловите пулю или мины.

0

49

Порылся в инете, и вот попалось...
Крылатая фраза «Русские не сдаются!» облетела весь мир еще в годы Первой мировой войны – в 1915 году во время обороны небольшой крепости Осовец, расположенной на территории нынешней Белоруссии. Маленькому русскому гарнизону требовалось продержаться лишь 48 часов. Он защищался более полугода – 190 дней!
Немцы применили против защитников крепости все новейшие оружейные достижения, включая авиацию. На каждого защитника пришлось несколько тысяч бомб и снарядов. Сброшенных с аэропланов и выпущенных из десятков орудий 17-ти батарей, включавших две знаменитых «Больших Берты» (которые русские ухитрились при этом подбить).
Немцы бомбили крепость день и ночь. Месяц за месяцем. Русские защищались среди урагана огня и железа до последнего. Их было крайне мало, но на предложения о сдаче всегда следовал один и тот же ответ. Тогда немцы развернули против крепости 30 газовых батарей. На русские позиции из тысяч баллонов ударила 12-метровая волна химической атаки. Противогазов не было.
Все живое на территории крепости было отравлено. Почернела и пожухла даже трава. Толстый ядовито-зеленый слой окиси хлора покрыл металлические части орудий и снарядов. Одновременно германцы начали массированный артобстрел. Вслед за ним на штурм русских позиций двинулись свыше 7000 пехотинцев.
Казалось, крепость обречена и уже взята. Густые, многочисленные немецкие цепи походили все ближе и ближе… И в этот момент из ядовито-зеленого хлорного тумана на них обрушилась… контратака! Русских было чуть больше шестидесяти. Остатки 13-й роты 226-го Землянского полка. На каждого контратакующего приходилось больше ста врагов!
Русские шли в полный рост. В штыковую. Сотрясаясь от кашля, выплевывая, сквозь тряпки обматывавшие лица, куски легких на окровавленные гимнастерки…
Эти воины повергли противника в такой ужас, что немцы, не приняв боя, ринулись назад. В панике топча друг друга, путаясь и повисая на собственных заграждениях из колючей проволоки. И тут по ним из клубов отравленного тумана ударила, казалось бы, уже мертвая русская артиллерия.
Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов». В ходе ее несколько десятков полуживых русских воинов обратили в бегство 14 батальонов противника!
Русские защитники Осовца так и не сдали крепость. Она была оставлена позже. И по приказу командования. Когда оборона потеряла смысл. Врагу не оставили ни патрона, ни гвоздя. Все уцелевшее в крепости от немецкого огня и бомбежек было взорвано русскими саперами. Немцы решились занять руины только через несколько дней.

+1

50

0

51

0

52

Так-же попалось в инете,с моим мнением совпадает, хотя контактирую с эуропой всего 6 лет, довольно плотно...
Я не кичусь пониманием "европейской культуры и европейцев" но очень хорошо понимаю РАЗНИЦУ между ними и нами, поскольку по роду занятий плотно с ними контактирую последние лет 15, причем в их естественной среде. "Европейцев" я ощущаю предметно, в самых разнообразных жизненных и бытовых ситуациях, если угодно, на чувственном уровне, как рыбы чувствуют сквозь воду электрические импульсы друг друга. Итог моих наблюдений очень простой -  вы можете сколько угодно любить демократию и права человека, озвучивать "суповой набор интеллигенствующего дегенерата" как доказательство своей цивилизованности - Чайковского, Достоевского, Эрмитаж-Третьяковку, балет, архитектуру Петербурга, спутник и Гагарина, можете отвешивать реверансы в сторону "великой европейской культуры" - на вас будут смотреть как на существо второго сорта и через губу отпускать советы по устройству жизни в России.
Существом равного порядка вы становитесь в тот момент когда негромко, ненавязчиво, максимально дружелюбно и деликатно артикулируете простой ФАКТ - "мы ваших уже много закопали и прикопаем еще, если нам того потребуется", "среди нечуждых им гробов"(с). С этого момента вы - равный. Проверено на немцах, англосаксах, французах, скандинавах - разных возрастов - работает. Для себя я это называю "народной дипломатией", поскольку "кто такие русские" в Европе знают, помнят ПОДКОРКОЙ и спинным мозгом, хотя и пытаются рационализировать иначе. Никаких ассоциаций с "культурой" русские не вызывают, а вот то что русские могут "прикопать" если пожелают - консенсус по этому поводу имеется абсолютный и полный. Генная память. Что характерно - никто и не обижается такой вопиющей неполиткорректности, потому как вы озвучиваете самоочевидный факт, он и для них очевиден и понятен.

0

53

Узники 20-го блока. Последний бой
Ссылка

Роман Кондратенко: душа крепости Порт-Артур
http://roshero.ru/2014/01/roman-kondrat … ort-artur/

+1

54

https://fbcdn-sphotos-c-a.akamaihd.net/hphotos-ak-ash3/t1/253298_416602931770578_761998172_n.jpg

Козьма Крючков
В годы Первой мировой войны имя Козьмы Крючкова было известно всей России. Бравый донской казак красовался на плакатах и листовках, папиросных пачках и почтовых открытках. Крючков был первым награжденным георгиевским крестом, получив крест 4-й степени за уничтожение в бою одиннадцати немцев. Полк, в котором служил Козьма Крючков, был расквартирован в Польше, в городке Кальвария. Получив приказ от начальства, Крючков и трое его товарищей отправились в сторожевой дозор, и внезапно столкнулись с разъездом немецких улан численностью 27 человек. Несмотря на неравенство сил, донцы и не думали сдаваться. Козьма Крючков сорвал с плеча винтовку, но второпях слишком резко передернул затвор, и патрон заклинило. В тот же миг сблизившийся с ним германец рубанул казака саблей по пальцам, и винтовка полетела наземь. Казак выхватил шашку и вступил в бой с окружившими его 11 врагами. Через минуту боя Козьма был уже весь в крови, при этом его собственные удары по большей части оказывались смертельными для врагов. Когда рука казака «рубить устала», Крючков схватил пику одного из улан и немецкой сталью проткнул поодиночке последних из нападавших. К тому времени его товарищи справились с остальными германцами. На земле лежали 22 трупа, еще двое немцев были ранены и попали в плен, а трое бежали. На теле Козьмы Крючкова позже насчитали 16 ран.
https://www.facebook.com/photo.php?fbid … mp;theater

0

55

360 немцев сибирского снайпера Номоконова
Охотник Семен Номоконов объявил фашистам «дайн-тулугуй» — беспощадную войну. Он выиграл все снайперские дуэли и выжил под ураганным артиллерийским и минометным огнем, направленным исключительно против него.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/110.jpg
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/23.jpg
Ему шел 41 год, когда началась война.
Семен Данилович Номоконов из Читинской области был зачислен в эвако-хозяйственный взвод 348-го стрелкового полка. В красноармейской книжке он значился как малограмотный плотник. Также имелась запись о его национальности — тунгус-хамнеган. За спиной осталась непростая жизнь. С семи лет он уже не расставался с ружьем. С 1919 года он, женившись, жил в берестяном чуме на берегу реки Урульги. Зарабатывал на хлеб охотой, растил шестерых детей. Но «черная рука беды» забралась в его дом. От скарлатины умерли его четверо сыновей и дочь. Не пережив горя, скончалась жена. Выжил только сын Володька. За ребенком нужен был присмотр, поэтому Семен женился вторично на одинокой девице Марфе, которая настояла на оседлом образе жизни в коммуне «Заря новой жизни». Так он стал плотником в таежном селенье Нижний Стан, откуда был мобилизован Шилкинским райвоенкоматом на войну.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/32.jpg
Негеройский вид тунгуса
Служба с самого начала не заладилась. Тунгуса, который не всегда понимал приказы, никто не хотел брать в бой. Именно поэтому он был зачислен на полевую кухню. Однако его прогнал и повар, так как он неправильно резал хлеб. Вскоре Номоконов получил взыскание от начальства за то, что путал размеры при упаковке обмундирования. В начале августа 1941 года во время бомбардировки он был ранен. Впрочем, через несколько дней Семен Данилович уже был на ногах, правда, очень плохо слышал. Главный хирург направил негеройского вида «эвенка» из Сибири на изготовление костылей, а сослуживцы язвительно бросали ему в лицо, что по-русски он понимает только команду «на обед».
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/41.jpg
Тульская винтовка № 2753
События в эти дни развивались стремительно, и вскоре был прорван фронт. Госпиталь, к которому был прикомандирован Номоконов, оказался в тылу врага. Почти все солдаты из обоза погибли, оставшиеся – отправились на запад, в поисках немцев, чтобы сдаться в плен.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/51.jpg
Настроение было подавленным, лишь Номоконов, опытный охотник, не поддался панике и без труда нашел дорогу к своим. На этом участке Северо-Западного фронта, где отчаянно сражалась советская 11-я армия, всех солдат и командиров, которые вышли из окружения, сразу же зачисляли в части вновь сформированной 34-я армии. Новые подразделения получали приказ «любой ценой задержать стремительное наступление фашистов на участке юго-восточнее Старой Руссы». В эти дни в красноармейской книжке Номоконова появилась запись, что он вооружен «тульской винтовкой № 2753». Это была новенькая трехлинейка Мосина, которую тунгус подобрал в лесу.
Восемь фрицев
16 августа 1941 года подразделение сержанта Смирнова, к которому попал боец Номоконов, вступило в свой первый бой. Атаку фашисткой пехоты отбили легко. Выбрав удачную позицию за развороченными пнями, тунгус легко положил несколько немецких солдат. Враг после первый потерь, сразу же отступил. Однако вскоре появились тяжелые танки. Из подразделения спаслись только двое – тунгус и сержант.
Впрочем, на сей раз выходить из окружения не пришлось. Внезапная контратака Красной Армии отодвинула линию фронта на запад. И опять маленького человека, каким был Номоконов, отправили на вспомогательную службу – в похоронную команду. Так он стал «сапером 529-го стрелкового полка». Однажды в конце сентября 1941 года на Валдайских высотах тунгус, о котором говорили, что он «спит на ходу», застрелил восемь немецких разведчиков и тем самым спас раненого командира. На своей трубке, с которой он никогда не расставался, Семен поставил восемь точек. Именно так впоследствии он вел свою «бухгалтерию уничтоженных фашистов». Снайпер «сибирский шаман» После этого случая он попал в снайперский взвод лейтенанта Ивана Репина. В декабре 1941 года газета Северо — Западного фронта «За Родину» сообщила, что Семён Номоконов из Забайкалья уничтожил 76 фашистов. Впрочем, речь идет о подтвержденных данных.
Дело в том, что снайпер-тунгус был очень скромным человеком. О его первом подвиге на Валдайских высотах (об уничтожении восьми немцев), его расспрашивали с пристрастием, не особо веря показаниям маленького скуластого сапера. Это недоверие глубоко запало в его душу. В конце концов, он бил врага не ради отчетности. Поэтому «сибирский шаман» — так его назвал Репин – предпочитал говорить только об проверенных случаях. Всего по сведению начальника штаба 695-го стрелкового полка капитан Болдырева, он уничтожил за годы войны 360 гитлеровских солдат. О его меткости знали и фашисты, устраивая настоящую артиллерийскую и минометную охоту на советского снайпера. Впрочем, Номоконов продумывал свои позиции и с точки зрения отхода. Так или иначе, он был ранен девять раз, но так не «достался» немцам.
Письмо из Германии
В послевоенное время Семен Данилович Номоконов был человеком популярным. О его подвигах публиковали статьи в газетах и даже в книгах. Писали ему и простые люди с чувством благодарности. Однажды к нему пришло письмо из Гамбурга. В нем писали о немецкой женщине, которая задавалась вопросом: «Может, на его трубке была отметка и о смерти моего сына Густава Эрлиха? Молился ли человек со столь большими заслугами о своих жертвах». Когда Номоконову прочитали это, он продиктовал своему сыну ответ: «Вполне возможно, уважаемая женщина, что на трубке, которую я курил на фронте, была отметка и о вашем сыне – не запомнил всех грабителей и убийц, которые пришли с войной и которые оказались на мушке моей винтовки. И под Ленинградом беспощадно уничтожал фашистских гадов. Если бы своими глазами увидели вы, немецкие женщины, что натворили ваши сыновья в Ленинграде, прокляли бы их».
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/09/61.jpg
Ссылка

0

56

Про якутского снайпера Охлопкова Федора Михайловича
Фёдор Матве́евич Охло́пков  — снайпер 234-го стрелкового полка, Герой Советского Союза. К 23 июня 1944 года сержант Охлопков уничтожил из снайперской винтовки 429 гитлеровских солдат и офицеров
Родился 3 марта 1908 года в селе Крест — Хальджай, ныне Томпонского района ( Якутия ), в семье крестьянина. Образование начальное. Работал в колхозе. С сентября 1941 года в Красной Армии. С декабря того же года на фронте. Участник боёв под Москвой, освобождения Калининской, Смоленской, Витебской областей. К июню 1944 года снайпер 234-го стрелкового полка ( 179-я стрелковая дивизия, 43-я армия, 1-й Прибалтийский фронт ) сержант Ф. М. Охлопков уничтожил из снайперской винтовки 429 солдат и офицеров противника. 6 мая 1965 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, удостоен звания Героя Советского Союза. После войны демобилизовался. Вернулся на родину, был служащим. В 1954 — 1968 годах работал в совхозе «Томпонский». Депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва. Умер 28 мая 1968 года. Награждён орденами: Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 2-й степени, Красной Звезды ( дважды ); медалями. Имя Героя присвоено совхозу «Томпонский», улицам в городе Якутск, посёлке Хандыга и селе Черкех ( Якутия ), а также судну Министерства Морского Флота.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/144.jpg
Охлопкова призвали в армию в начале зимы. В посёлке Крест — Хальджай солдат провожали с речами и музыкой. Было холодно. За 50 градусов мороза. Солёные слезы жены замерзали на щеках и катились как дробь… От Крест — Хальджая до столицы автономной республики не так далеко. Через неделю путешествия по тайге на собаках призванные в армию были в Якутске.
Охлопков не задерживался в городе, и вместе с братом Василием и односельчанами отправился на грузовике через Алдан до железнодорожной станции Большой Невер. Вместе со своими земляками — охотниками, хлебопашцами и рыбаками — Фёдор попал в Сибирскую дивизию.
Тяжело было якутам, эвенкам, одулам и чукчам покидать свою республику, которая по площади в 10 раз превышает Германию. Жаль было расставаться со своим богатством: с колхозными стадами оленей, со 140 миллионами гектаров даурской лиственницы, обрызганной блестками лесных озёр, с миллиардами тонн коксующихся каменных углей. Всё было дорого: и синяя артерия реки Лены, и золотые жилы, и горы с гольцами и каменистыми россыпями. Но что делать ? Надо спешить. Немецкие полчища наступали на Москву, Гитлер занёс нож над сердцем советского народа. С Василием, который тоже был в этой же дивизии, договорились держаться вместе и попросили командира, чтобы дал он им пулемёт. Командир обещал и две недели, пока добирались до Москвы, терпеливо объяснял братьям устройство прицельного приспособления и его деталей. Командир с закрытыми глазами на виду очарованных солдат ловко разбирал и собирал машину. Оба якута в пути научились обращаться с пулемётом. Конечно, они понимали, что ещё многое предстоит осилить, прежде чем они станут настоящими пулемётчиками: надо отработать стрельбу поверх своих наступающих солдат, стрельбу по целям — внезапно появляющимся, быстро скрывающимся и двигающимся, научиться бить по самолётам и танкам. Командир заверил, что всё это придёт со временем, в опыте боёв. Бой для солдата самая главная школа. Командир был русский, но до того, как окончить военное училище, жил в Якутии, работал на золотых и алмазных приисках и хорошо знал, что острый глаз якута видит далеко, не теряет звериных следов ни в траве, ни на мху, ни на камнях и по меткости попаданий мало стрелков на свете, равных якутам. В Москву приехали морозным утром. Колонной, с винтовками за спиной прошли через Красную площадь, мимо Мавзолея Ленина и отправились на фронт. 375-я стрелковая дивизия, сформированная на Урале и влитая в 29-ю армию, продвигалась к фронту.
В составе 1243-го полка этой дивизии находились Фёдор и Василий Охлопковы. Командир с двумя кубиками на петлицах шинели сдержал слово: дал им ручной пулемёт на двоих. Фёдор стал первым номером, Василий — вторым. Находясь в лесах Подмосковья, Фёдор Охлопков видел, как к переднему краю подходили свежие дивизии, сосредоточивались танки и артиллерия. Было похоже — после тяжёлых оборонительных боёв готовится сокрушающий удар. Ожили леса и рощи. Ветер заботливо бинтовал чистыми полосами снега окровавленную, израненную землю, старательно заметал обнаженные язвы войны. Бушевали метели, белым саваном покрывая окопы и траншеи озябших фашистских вояк. День и ночь пронзительный ветер пел им заунывную похоронную песню…
Пулемётчики за работой В начале декабря командир дивизии генерал Н. А. Соколов побывал в батальонах полка, а через день метельным утром дивизия после артиллерийской подготовки ринулась в наступление. В первой цепи своего батальона перебегали братья якуты, часто зарываясь в колючий снег, давая короткие косые очереди по зелёным вражеским шинелям. Им удалось сразить нескольких фашистов, но тогда они ещё не вели счёта мести. Пробовались силы, проверялась меткость охотничьих глаз. Двое суток без перерыва с переменным успехом длился жаркий бой с участием танков и самолётов, и за двое суток никто ни на минуту не сомкнул глаз. Дивизии удалось по разломанному снарядами льду перебраться через Волгу, 20 вёрст гнать врагов. Преследуя отступающего противника, наши бойцы освободили сожжённые дотла сёла Семёновское, Дмитровское, заняли охваченную пожаром северную окраину города Калинина. Лютовал «якутский» мороз; дров вокруг много, но не было времени разжечь костер, и братья грели руки о разогревшийся ствол пулемёта. После долгого отступления Красная Армия наступала. Самое приятное зрелище для солдата — бегущий враг. За двое суток боёв полк, в котором служили братья Охлопковы, уничтожил свыше 1000 фашистов, разгромил штабы двух немецких пехотных полков, захватил богатые военные трофеи: автомашины, танки, пушки, пулемёты, сотни тысяч патронов. И Фёдор и Василий на всякий случай сунули в карманы шинелей по трофейному «Парабеллуму». Победа далась дорогой ценой. Многих солдат и офицеров потеряла дивизия. Смертью храбрых погиб командир полка капитан Чернозерский; разрывная пуля немецкого снайпера наповал сразила Василия Охлопкова. Он упал на колени, ткнулся лицом в колючий, словно крапива, снег. Он умер на руках брата, легко, без мучений. Заплакал Фёдор. Стоя без шапки над остывающим телом Василия, он дал клятву мстить за брата, мёртвому пообещал открыть свой счёт уничтоженных фашистов.
Ночью, сидя в наспех отрытой землянке, комиссар дивизии полковник С. X. Айнутдинов написал об этой клятве в политдонесении. Это было первое упоминание о Фёдоре Охлопкове в документах войны… Сообщая о гибели брата, Фёдор написал о своей клятве и в Крест — Хальджай. Его письмо читали во всех трёх деревушках, входящих в поселковый Совет. Односельчане одобрили мужественную решимость своего земляка. Одобрили клятву и жена его Анна Николаевна и сын Федя. Все это припомнил Фёдор Матвеевич на берегу Алдана, наблюдая, как весенний ветер, словно отары овец, гонит на запад белые льдины. От раздумий его оторвал гул автомобиля, подъехал секретарь райкома партии. — Ну, дорогой, поздравляю. — Выскочил из машины, обнял, расцеловал. Указ, зачитанный по радио, касался его.
Имя его правительство приравняло к именам 13 якутов — Героев Советского Союза: С. Асямова, М. Жадейкина, В. Колбунова, М. Космачева, К. Красноярова, А. Лебедева, М. Лорина, В. Павлова, Ф. Попова, В. Стрельцова, Н. Чусовского, Е. Шавкунова, И. Шаманова. Он — 14-й якут, отмеченный «Золотой Звездой». Через месяц в зале заседаний Совета Министров, в котором висел плакат: «Народу — богатырю — айхал !» Охлопкову вручили награду Родины. Поблагодарив собравшихся, он коротко рассказал о том, как воевали якуты… На Фёдора Матвеевича нахлынули воспоминания, и он как бы со стороны увидел себя на войне, но уже не в 29-й армии, а в 30-й, которой подчинили его дивизию. Охлопков слышал выступление командующего армией генерала Лелюшенко. Командующий просил командиров находить метких стрелков, готовить из них снайперов. Так Фёдор стал снайпером. Работа была медленная, но отнюдь не скучная: опасность делала её волнующей, требовала редкого бесстрашия, превосходной ориентировки на местности, острых глаз, хладнокровия, железной выдержки. 2 марта, 3 апреля и 7 мая Охлопков был ранен, но всякий раз оставался в строю. Таёжный житель, он разбирался в сельской фармакопее, знал целебные свойства трав, ягод, листьев, умел врачевать болезни, обладал секретами, передававшимися из поколения в поколение. Сцепив зубы от боли, он обжигал раны огнём смолистой сосновой лучины и в медсанбат не шёл.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/220.jpg
В начале августа 1942 года войска Западного и Калининского фронтов прорвали оборону противника и начали наступать на Ржевском и Гжатско — Вяземском направлениях. 375-я дивизия, идя в острие наступления, приняла на себя основной удар противника. В боях под Ржевом продвижение наших войск задерживал фашистский бронепоезд «Герман Геринг», курсировавший по высокой железнодорожной насыпи. Командир дивизии принял решение блокировать бронепоезд. Была создана группа смельчаков. Охлопков попросил включить и его. Дождавшись ночи, надев маскировочные халаты, бойцы поползли к цели. Все подходы к железной дороге противник освещал ракетами.
Красноармейцам подолгу приходилось лежать на земле. Снизу на фоне сереющего неба, словно горный кряж, виднелся чёрный силуэт бронепоезда. Над паровозом вился дымок, горьковатый запах его ветер сносил к земле. Солдаты подползали всё ближе и ближе. Вот и долгожданная насыпь. Лейтенант Ситников, командовавший группой, подал условный сигнал. Бойцы, вскочив на ноги, забросали стальные коробки гранатами и бутылками с горючим; тяжело вздохнув, бронепоезд двинулся наутёк в сторону Ржева, но перед ним раздался взрыв. Поезд попытался уйти на Вязьму, но и там храбрые саперы взорвали полотно.
Охлопков Фёдор Матвеевич С базового вагона команда бронепоезда спустила новые рельсы, пытаясь восстановить разрушенный путь, но под меткими автоматными очередями, потеряв несколько человек убитыми, вынуждена была вернуться под защиту железных стен. Охлопков сразил тогда полдюжины фашистов. Несколько часов группа смельчаков держала под обстрелом сопротивлявшийся, лишённый маневра бронепоезд. В полдень прилетели наши бомбардировщики, подбили паровоз, сбросили под откос блиндированный вагон. Группа смельчаков оседлала железную дорогу и держалась до тех пор, пока на помощь к ней не подошел батальон. Бои под Ржевом приняли ожесточённый характер. Артиллерия разрушила все мосты, перепахала дороги. Неделя была бурная. Дождь лил как из ведра, затрудняя продвижение танков и пушек.
Вся тяжесть военной страды пала на пехоту. Количеством человеческих жертв измеряется температура боя. В архивах Советской Армии сохранился немногословный документ: «С 10 по 17 августа 375-я дивизия потеряла 6140 человек убитыми и ранеными. В наступательном порыве отличился 1243-й полк. Командир его подполковник Ратников погиб геройской смертью на глазах своего войска. Из строя вышли все комбаты и командиры рот. Сержанты стали командовать взводами, старшины — ротами». …Отделение Охлопкова наступало в передовой цепи. По его мнению, это было самое подходящее место для снайпера. По вспышкам пламени он быстро находил вражеские пулемёты и заставлял их умолкнуть, безошибочно попадая в узкие амбразуры и щели. Вечером 18 августа, во время атаки на небольшую наполовину сгоревшую деревню Фёдора Охлопкова тяжело ранило в 4-й раз. Обливаясь кровью, снайпер упал и потерял сознание. Вокруг мела железная вьюга, но два русских солдата, рискуя собственной жизнью, вытащили раненого якута из — под огня на опушку рощи, под прикрытие кустов и деревьев. Санитары доставили его в медсанбат, а оттуда Охлопкова отвезли в город Иваново, в госпиталь. Приказом по войскам Калининского фронта за № 0308 от 27 августа 1942 года за подписью командующего фронтом генерал — полковника Конева командир отделения автоматчиков Фёдор Матвеевич Охлопков был награждён орденом Красной Звезды. В наградном листе к этому ордену сказано: «Охлопков своей храбростью не раз в трудные минуты боя останавливал паникеров, воодушевлял бойцов, вёл их опять в бой».
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/313.jpg
Поправившийся после ранения Охлопков был направлен в 234-й полк 178-й дивизии. В новой дивизии знали, что Охлопков — снайпер. Командир батальона обрадовался его появлению. У противника появился меткий стрелок. За день 7-ю выстрелами он «снял» 7 наших солдат. Охлопкову приказали уничтожить неуязвимого вражеского снайпера. На рассвете волшебный стрелок вышел на охоту. Немецкие снайперы выбирали позиции на высоте, Охлопков предпочитал землю. Извилистая линия немецких траншей желтела на опушке высокоствольного леса. Взошло солнце. Лёжа в собственноручно отрытом и замаскированном ночью окопе, Фёдор Матвеевич невооружённым глазом оглядел незнакомый ландшафт, прикинул, где может находиться его противник, а затем через оптический прибор принялся изучать отдельные, ничем не примечательные участки местности.
Неприятельский снайпер мог облюбовать укрытие на стволе дерева. Но на каком именно? Позади немецких окопов синел высокий корабельный лес — сотни стволов, и на каждом мог оказаться ловкий, опытный враг, которого надо было перехитрить. Лесной пейзаж лишён чётких очертаний, деревья и кустарник сливаются в сплошную зелёную массу и трудно сосредоточить на чем — нибудь внимание. Охлопков в бинокль осмотрел все деревья от корней до кроны. Немецкий стрелок скорей всего облюбовал место на сосне с раздвоенным стволом. Снайпер впился взглядом в подозрительное дерево, осматривая на нём каждую ветвь. Загадочная тишина становилась зловещей. Он искал снайпера, который искал его. Победит тот, кто первым обнаружит своего противника и, опередив его, нажмёт спусковой крючок. Как и было условлено, в 8 часов 12 минут, в окопе в 100 метрах от Охлопкова на штыке приподняли солдатскую каску. Из леса раздался выстрел. Но вспышку засечь не удалось. Охлопков продолжал наблюдать за подозрительной сосной. На какое — то мгновение увидел рядом со стволом солнечный отблеск, словно кто — то навёл на кору пятнышко зеркального луча, которое тут же исчезло, будто его и не было. «Что бы это могло быть?» — подумал снайпер, но, сколько ни всматривался, ничего обнаружить не мог. И вдруг на месте, где мелькнуло светлое пятнышко, словно тень листа возник чёрный треугольник. Зоркий глаз таёжного охотника в бинокль различил носок, до никелевого блеска начищенного сапога… «Кукушка» притаилась на дереве. Надо, ничем не выдавая себя, терпеливо ждать и, как только снайпер раскроется, сразить его одной пулей… После неудачного выстрела фашист либо исчезнет, либо, обнаружив его, вступит в единоборство, откроет ответный огонь. В богатой практике Охлопкова ему редко удавалось дважды брать на мушку одну и ту же цель. Всякий раз после промаха приходилось сутками выискивать, выслеживать, выжидать… Через полчаса после выстрела немецкого снайпера, на месте, где приподнимали каску, показалась перчатка, одна, затем вторая. Со стороны можно было подумать, будто раненый человек пытается приподняться, хватаясь рукой за бруствер окопа. Враг клюнул на приманку, прицелился. Охлопков увидел показавшиеся среди ветвей часть его лица и чёрную точку дула винтовки. Одновременно грянуло два выстрела. Фашистский снайпер головой вниз полетел на землю. За неделю пребывания в новой дивизии Фёдор Охлопков отправил на тот свет 11 фашистов. Об этом донесли с наблюдательных пунктов свидетели необыкновенных дуэлей. 27 октября в бою за село Матвеево Охлопков уничтожил 27 фашистов. Воздух был пропитан запахом боя. Враг контратаковал танками. Вжавшись в неглубокий, наспех отрытый окопчик, Охлопков хладнокровно стрелял по смотровым щелям грозных машин и попадал. Во всяком случае, два танка, шедших прямо на него, повернули, а третий остановился метрах в 30, и стрелки подожгли его бутылками с горючей смесью. Бойцы, видавшие Охлопкова в бою, удивлялись его везучести, с любовью и шуткой говорили о нем: — Федя как застрахованный… Двужильный… Они не знали, что неуязвимость давалась якуту осторожностью и трудом, он предпочитал вырыть 10 метров окопов, чем 1 метр могилы. Он выходил на охоту и ночью: стрелял по огонькам сигарет, по голосам, по звону оружия, котелков и касок. В ноябре 1942 года командир полка майор Ковалёв представил снайпера к награде, и командование 43-й армии наградило его вторым орденом Красной Звезды. Тогда же Фёдор Матвеевич стал коммунистом. Принимая из рук начальника политотдела партийный билет, он сказал: — Вступление в партию — это моя вторая присяга на верность Родине. Имя его всё чаще стало появляться на страницах военной печати. В середине декабря 1942 года армейская газета «Защитник Отечества» на первой полосе писала: «99 врагов истребил снайпер — якут Охлопков». Фронтовая газета «Вперёд на врага !» ставила Охлопкова в пример всем снайперам фронта. В «Памятке снайпера», выпущенной политуправлением фронта, обобщался его опыт, предлагались его советы…
Дивизия, в которой служил Охлопков, была переброшена на 1-й Прибалтийский фронт. Изменилась обстановка, изменился пейзаж. Ежедневно отправляясь на охоту, с декабря 1942 года по июль 1943 года Охлопков уничтожил 159 фашистов, среди них много снайперов. В многочисленных поединках с немецкими снайперами Охлопков ни разу не был ранен. 12 ранений и 2 контузии получены им в наступательных и оборонительных боях, когда все дрались против всех. Каждое ранение подтачивало здоровье, уносило силы, но он знал: свеча светит людям, сгорая сама.
Неприятель быстро разобрал уверенный почерк волшебного стрелка, ставившего свою мстительную подпись на лбу или груди его солдат и офицеров. Над позициями полка немецкие лётчики сбрасывали листовки, в них была угроза: «Охлопков, сдавайся в плен. Тебе нет спасения ! Всё равно возьмём, живым или мертвым !»
Лежать без движения приходилось часами. Такое состояние располагало к самоанализу и размышлениям. Он лежал и видел себя в Крест — Хальджае, на каменистом берегу Алдана, в семье, с женой и сыном. Он обладал изумительной способностью уходить в прошлое и бродить в нём по тропам памяти, словно в знакомом лесу.
Охлопков немногословен и не любит говорить о себе. Но то, что он умалчивает из скромности, договаривают документы. В наградном листе на орден Красного Знамени, которым он награждён за бои на Смоленщине, сказано:
«Находясь в боевых порядках пехоты на высоте 237.2, в конце августа 1943 года группа снайперов во главе с Охлопковым стойко и мужественно отбила 3 контратаки численно превосходящих сил. Сержант Охлопков был контужен, но с поля боя не ушёл, продолжал оставаться на занятых рубежах и руководить группой снайперов».
В кровопролитном уличном бою Фёдор Матвеевич вынес из — под огня своих земляков — тяжело раненных осколками мины солдат Колодезникова и Елизарова. Они послали домой письма, описав всё, как было, и Якутия узнала о подвиге своего верного сына.
Армейская газета «Защитник Отечества», пристально следившая за успехами снайпера, писала:
«Ф. М. Охлопков был в самых жестоких боях. У него острый глаз охотника, твёрдая рука шахтера и большое горячее сердце… Немец, взятый им на прицел, — мёртвый немец».
Сохранился и другой любопытный документ:
«Боевая характеристика на снайпера сержанта Охлопкова Фёдора Матвеевича. Член ВКП(б). Находясь в 1-м батальоне 259-го стрелкового полка с 6 по 23 января 1944 года, товарищ Охлопков истребил 11 гитлеровских захватчиков. С появлением Охлопкова в районе нашей обороны противник не проявляет активности снайперского огня, дневные работы и хождения прекратил. Командир 1-го батальона капитан И. Баранов. 23 января 1944 года».
Ф.М.Охлопков
Командование Советской Армии развивало снайперское движение. Фронты, армии, дивизии гордились своими меткими стрелками. Фёдор Охлопков вёл интересную переписку. Снайперы всех фронтов делились между собой боевым опытом.
Так например, Охлопков советовал юноше Василию Курке: «Поменьше подражай… Ищи собственные приёмы борьбы… Находи новые позиции и новые способы маскировки… Не бойся ходить в тыл врага… Нельзя рубить топором там, где нужна игла… В тыкве надо быть круглым, в трубе длинным… Пока не увидишь выхода, не входи… Доставай врага на любых дистанциях».
Такие советы давал Охлопков своим многочисленным ученикам. Он брал их с собой на охоту. Ученик собственными глазами видел тонкости и сложнности борьбы с хитрым врагом.
- В нашем деле всё годится: подбитый танк, дупло дерева, сруб колодца, стог соломы, печь сгоревшей избы, убитая лошадь…
Однажды он притворился убитым и весь день недвижимо пролежал на ничейной полосе в совершенно открытом поле, среди безмолвных, тронутых чадом тления тел сражённых солдат. С этой необычной позиции он свалил вражеского снайпера, хоронившегося под насыпью в водосточной трубе. Солдаты противника даже не заметили, откуда раздался неожиданный выстрел. Снайпер пролежал до вечера и под покровом темноты отполз к своим.
Как — то Охлопкову привезли от командующего фронтом подарок — узкий и длинный ящик. Он нетерпеливо раскрыл посылку и замер от восторга, увидев новенькую снайперскую винтовку с оптическим прицелом.
Был день. Светило солнце. Но Охлопкову не терпелось обновить оружие. Ещё со вчерашнего вечера он приметил фашистский наблюдательный пункт на трубе кирпичного завода. Ползком добрался до окопов боевого охранения. Перекурив с бойцами, он отдохнул и, сливаясь с цветом земли, прополз ещё дальше. Онемело тело, но он 3 часа лежал не шелохнувшись и, выбрав удобный момент, с одного выстрела снял наблюдателя. Счёт мести Охлопкова за брата всё возрастал. Вот выдержки из дивизионной газеты: на 14 марта 1943 года — 147 уничтоженных фашистов; на 20 июля — 171; на 2 октября — 219; на 13 января 1944 года — 309; на 23 марта — 329; на 25 апреля — 339; на 7 июня — 420.
7 июня 1944 года командир полка Гвардии майор Ковалёв представил сержанта Охлопкова к званию Героя Советского Союза. Наградной лист тогда не получил своего завершения. Какая — то промежуточная инстанция между полком и Президиумом Верховного Совета СССР не утвердила его. Все солдаты в полку знали об этом документе, и, хотя Указа ещё не было, появление Охлопкова в окопах часто встречалось песенкой: «Золотой огонь Героя на груди его горит…»
В апреле 1944 года издательство армейской газеты «Защитник Отечества» выпустило плакат. На нём изображен портрет снайпера, большими буквами написано: «Охлопков». Ниже помещено стихотворение известного военного поэта Сергея Баренца, посвящённое янайперу — якуту.
В единоборстве Охлопков застрелил ещё 9 снайперов. Счёт мести достиг рекордной цифры — 429 убитых фашистов !
В боях за город Витебск 23 июня 1944 года снайпер, поддерживая штурмовую группу, получил сквозное ранение в грудь, был отправлен в тыловой госпиталь и на фронт уже не вернулся.
* * *
В госпитале Охлопков не терял связи с товарищами, следил за успехами своей дивизии, уверенно пробивавшейся на запад. До него доходили и радости побед, и горести потерь. В сентябре, сражённый разрывной пулей, погиб его ученик Бурукчиев, а через месяц его друг знаменитый снайпер Кутенев с 5-ю стрелками подбил 4 танка и, раненный, неспособный к сопротивлению, был раздавлен 5-м танком. Он узнал, что снайперы фронта уничтожили свыше 5000 фашистов.
К весне 1945 года волшебный стрелок поправился и в составе сводного батальона войск 1-го Прибалтийского фронта, который вёл командующий фронтом генерал армии И. X. Баграмян, принял участие в Параде Победы в Москве на Красной площади.
Из Москвы Охлопков отправился домой, к семье, в Крест — Хальджай. Какое — то время работал шахтёром, а затем в совхозе «Томпонский», живя среди звероводов, пахарей, трактористов и лесников.
Великая эпоха строительства коммунизма отсчитывала годы, равные десятилетиям. Преображалась Якутия — край вечной мерзлоты. Всё больше появлялось судов на её могучих реках. Только старики, раскуривая трубочки, изредка вспоминали отрезанный от всего мира край бездорожья, дореволюционный Якутский тракт, якутскую ссылку, богачей — тойонов. Всё, что мешало жить, навсегда кануло в вечность.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/57.jpg
Всё чаще давали о себе знать тяжёлые ранения, полученные Фёдором Матвеевичем на войне. 28 мая 1968 года жители села Крест — Хальджай проводили прославленного земляка в последний путь.
Для увековечивания светлой памяти Ф. М. Охлопкова его имя присвоено родному совхозу в Томпонском районе Якутской АССР и улице в городе Якутске.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/1.gif
Возле могилы Охлопкова Ф.М. в с. Крест — Хальджай Томпонского района Республики Саха (Якутия).
28 мая 1968 года жители села Крест — Хальджай проводили прославленного земляка в последний путь. Для увековечивания светлой памяти Ф. М. Охлопкова его имя присвоено родному совхозу в Томпонском районе Якутской АССР и улице в городе Якутске.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/64.jpg
Дом где жил Охлопков Ф.М. с 1916 по 1966 год.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/71.jpg
Минуло два мирных десятилетия. Все эти годы Фёдор Охлопков самоотверженно трудился, растил детей. Его жена, Анна Николаевна, родила 10 сыновей и дочерей и стала матерью — героиней, а Фёдор Матвеевич знал: легче нанизать на нитку мешок пшена, чем вырастить одного ребенка. Знал он и то, что отблеск славы родителей падает на детей.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/81.jpg
Советский комитет ветеранов войны пригласил Героя Советского Союза Охлопкова в Москву. Были встречи и воспоминания. Он побывал на месте боёв и словно ушёл в свою молодость. Там, где пылали пожары, где под огнём плавился камень и горело железо, буйно цвела новая колхозная жизнь.
Среди великого множества могил героев, павших в боях за Москву, Фёдор Матвеевич разыскал аккуратный холмик, за которым ухаживают школьники, — место вечного успокоения своего брата Василия, тело которого давно стало частицей великой русской земли. Сняв шапку, Фёдор долго стоял над дорогим его сердцу местом.
Охлопков посетил Калинин, поклонился праху командира своей дивизии генерала Н. А. Соколова, учившего его беспощадности к врагам Родины.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/9.jpg
Я старался честно выполнить долг свой перед Родиной… Надеюсь, что вы, наследники всей нашей славы, достойно продолжите дело своих отцов — так закончил Охлопков своё выступление.
Словно крыжины, уносимые в Ледовитый океан, проплыло время, когда Якутия считалась отрезанным от всего мира краем. Охлопков уехал в Москву, а оттуда на реактивном самолёте отправился домой и через 9 часов полёта очутился в Якутске.
Так сама жизнь приблизила далёкую, некогда бездорожную республику с её людьми, её героями к горячему сердцу Советского Союза.
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/10.jpg
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/1110.jpg
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/1210.jpg
http://www.krasfun.ru/wp-content/uploads/2014/08/1310.jpg
Ссылка

0

57

"Русский солдат для меня- святыня!"
Андрей Платонов в военной прозе.
«Одухотворенные люди»:

«Цибулько подошел к Фильченко и поцеловал его. И все, каждый с каждым, поцеловали друг друга и посмотрели на вечную память друг другу в лицо.

С успокоенным, удовлетворенным сердцем осмотрел себя, приготовился к бою и стал на свое место каждый краснофлотец. У них было сейчас мирно и хорошо на душе; они благословили друг друга на самое великое, неизвестное и страшное в жизни - на то, что разрушает и что созидает ее, - на смерть и победу, и страх их оставил, потому что совесть перед товарищем, который обречен той же участи, превозмогла страх. Тело их наполнилось силой, они почувствовали себя способными к большому труду, и они поняли, что родились на свет не для того, чтобы истратить, уничтожить свою жизнь в пустом наслаждении ею, но для того, чтобы отдать ее обратно правде, земле и народу, - отдать больше, чем они получили от рождения, чтобы увеличился смысл существования людей…

- Даниил! - тихо произнес Паршин.

- Юра! - ответил Одинцов.

Они словно брали к себе в сердце друг друга, чтобы не забыть и не разлучиться в смерти.

- Эх, вечная нам память! - сказал, успокаиваясь и веселея, Паршин».

«Тайна родины была ясна ему; она открывается в локоне волос с головы дочери-ребенка, что хранит красноармеец у себя в вещевом мешке и носит за плечами тысячи верст, она в дружбе к товарищу, которого нельзя оставить в битве одного, она в печали по жене; вся тайна родины заключается в верности, оживляющей душу человека, в сердце солдата, проросшем своими корнями в глубину могил отцов и повторившемся в дыхании ребенка, в родственной связанности его на смерть с плотью и осмысленной судьбою своего народа» (первая редакция рассказа «Афродита», 1943).

0

58

http://s013.radikal.ru/i325/1512/7c/0f99e8f4e8c6.jpg

О  личности А.В.Суворова  лучше всего расскажут его афоризмы:
• Без добродетели нет ни славы, ни чести.
• Одна минута решает исход баталии; один час — успех кампании; один день — судьбу империи.
• Ложь изо всех вреднейших есть порок.
• Правила воспитания суть первыя основания, приуготовляющия нас быть гражданами.
• Разговор с невеждами иногда более научит, нежели разговор с учеными.
• Война закончена лишь тогда, когда похоронен последний солдат.
• Не таскайте за собой больших обозов, главное — быстрота и натиск, ваш хлеб в обозе и ранцах врагов.
• Будь чистосердечен с друзьями твоими, умерен в своих нуждах и бескорыстен в своих поступках.
• В бою смены нет, есть только поддержка. Одолеешь врага, тогда и служба кончится.
• Возьми себе в образец героя древних времен, наблюдай его, иди за ним вслед, поравняйся, обгони — слава тебе!
• Никогда не презирайте вашего неприятеля, каков бы он ни был, и хорошо узнавайте его оружие, его образ действовать и сражаться. Знай в чем его сила и в чем слабость врага.
• Нет стыда признаться человеку в своей ошибке.
• Не бойся смерти, тогда наверное победишь. Двум смертям не бывать, а одной не миновать.
• И в нижнем звании бывают герои.
• Там, где пройдет олень, там пройдет и русский солдат. Там, где не пройдет олень, все равно пройдет русский солдат.
• Как бы плохо ни приходилось, никогда не отчаивайся, держись, пока силы есть.
• Кто напуган — наполовину побит.
• Кто храбр — тот жив. Кто смел — тот цел.
• Негоден тот солдат, что отвечает: «Не могу знать».
• Делай на войне то, что противник почитает за невозможное.
• Солдату надлежит быть здорову, храбру, тверду, решиму, правдиву, благочестиву.
• Стреляй редко, да метко. Штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля — дура, штык — молодец.
• С юных лет приучайся прощать проступки ближнего и никогда не прощай своих собственных.
• Быстрота и внезапность заменяют число. Натиски и удары решают битву.
• Сам погибай — товарища выручай.
• Скорость нужна, а поспешность вредна.
• Ученье — свет, а неученье — тьма. Дело мастера боится, и коль крестьянин не умеет сохою владеть — хлеб не родится.
• Непреодолимого на свете нет ничего.
• Обывателя не обижай, он нас поит и кормит; солдат не разбойник.
• Грех — напрасно убить.
• Дисциплина — мать победы.
• Лучше оправдать десять виновных, нежели обвинить одного невинного.
• Любовь к отечеству, стыд и страх поношения суть средства укротительныя и могущие воздержать множество преступлений.
• Кто состоянием своим доволен, тому жить весело.
• Готовься в войне к миру, а в мире к войне.
• Люди часто сами бывают причиною счастия и несчастия.
• Мы русские, мы все одолеем.

0

59

Правда.Ру
15 июня в 2:30 ·
Самый молодой Герой России

Подвиг сержанта Сергея Мыльникова, которому только исполнилось 22 года, а он уже стал самым молодым Героем России!

Он стал самым молодым Героем России. В 2008 году сержанту Сергею Мыльникову исполнилось 22 года. Управляя поврежденным танком без единого боеприпаса, Мыльников атаковал противника и обратил его в бегство, создав, таким образом, для своих коридор для прорыва из окружения боевиков.

От смятения мать не сразу узнала в статном военном своего Серегу. Два года назад она провожала сына в армию. Провожала обычного скромного мальчишку. А теперь перед ней – настоящий Герой России. Он сурово сказал «нормально все», но немного опешил от объятий и толпы встречающих земляков – журналистов, администрации. Даже военный комиссар с цветами пришел. Еле сдерживая волнение, сержант Мыльников пытался ответить на главный интересующий всех вопрос: «ну, как там все было, в Цхинвале?»

— Нет, там не страшно, вот сейчас страшно. Домой вернулся потому что живой и здоровый, — признавался танкист. – Но еще больше, чем во время боя, волновался в Кремле, когда получал из рук Президента России «Золотую Звезду».

В боевых действиях против грузинских войск в составе батальонной группы сержант Мыльников принимал участие только один день. И этот день изменил не только его жизнь, но и всех бойцов батальона российских миротворцев, оказавшихся в плотном кольце окружения.
9 августа 2008 года непосредственно в уличном бою Т-72 под командованием Сергея вместе с еще тремя бронемашинами обеспечил прорыв к окруженным миротворцам и спас их от уничтожения. Но грузинская артиллерия и танки продолжали остервенело обстреливать наши позиции.

— Когда мы подъехали к батальону, то поразились увиденной картине. Казарма и котельные разрушены, санчасть и новая медицинская машина уничтожены. Потери миротворцев убитыми составляли 12 человек, были еще раненные, — рассказывал потом самый молодой Герой России.

Бронемашина Мыльникова действовала, как кочующее огневое средство. Двигаясь вперёд-назад, танк метким огнём поражал живую силу и технику противника.
— На промахи мы право не имели. Каждый снаряд наших танков накрывал цель. Через два часа в мой танк попали две гранаты РПГ и два снаряда из пушки БМП. Динамическая защита отлетела, вышла из строя система поворота пушки, закончились боеприпасы. Тогда мы приняли решение покинуть танк и присоединиться к командиру миротворческого батальона, чтобы из казармы управлять огнем танков.

Впоследствии я переходил с танка на танк, поскольку полностью владел обстановкой на поле боя, ведь две других наших машины прикрывали батальон с тыла. Когда на четвертом танке иссяк боекомплект, я пробрался в казарму, откуда вел огонь из автомата, — рассказал Сергей Мыльников.

Кольцо вокруг городка миротворцев сжималось. Грузины расстреливали наши позиции с расстояния 40 метров. Отходить навстречу высланному подкреплению под ожесточённым огнём было невозможно.

Тогда молодой боец совершил невозможное. Он пробрался к своему разбитому безоружному танку и на максимальной скорости пошел в атаку на грузинских мотострелков. Мощь грозной боевой машины и решительность русского танкиста обратили тех в бегство. Мыльников преследовал их почти полтора километра, а потом доложил по связи: «Можно начинать отход». Миротворцы уходили с женщинами-медиками и ранеными на руках, а грузинские пехотинцы преследовали их еще пять километров.

— Я жив, здоров, не ранен, — зазвучал голос Сергея, когда телефонную трубку подняла его мама. Почти неделю родители ничего не знали о судьбе сына, его телефон молчал. А по телевизору в новостях постоянно рассказывали о кровопролитных боях на улицах Цхинвала.
Это потом он узнал от комбата, что командование представило его, простого солдата, к званию Героя России. Сам даже сперва не поверил. Но для себя сразу решил – бравировать столь высоким званием никогда не будет. Разве что один раз воспользуется льготой — при поступлении в ВУЗ.

0

60

Марина Юденич
18 мин · Zhavoronki, Московская область, Россия ·
Людмила Улицкая:
Когда я попала на север Франции и увидела эти поля кладбищ (где похоронены погибшие в 1914-1918 гг.), я поняла ту вещь, которая меня всегда изумляла,— почему Франция сдала Париж (немцам в 1940 г.). Да потому что у них память об ужасной войне, которая унесла жизни такого огромного количества людей, была так свежа, что они предпочли сдаться вместо того, чтобы снова проливать кровь».
Алесандр Городницкий:
Вспомним блокадные скорбные были,
Небо в разрывах, рябое,
Чехов, что Прагу свою сохранили,
Сдав ее немцам без боя.
Голос сирены, поющей тревожно,
Камни, седые от пыли.
Так бы и мы поступили, возможно,
Если бы чехами были.
Горькой истории грустные вехи,
Шум пискаревской дубравы.
Правы, возможно, разумные чехи —
Мы, вероятно, не правы.
Правы бельгийцы, мне искренне жаль их, —
Брюгге без выстрела брошен.
Правы влюбленные в жизнь парижане,
Дом свой отдавшие бошам.
Мы лишь одни, простофили и дуры,
Питер не выдали немцам.
Не отдавали мы архитектуры
На произвол чужеземцам.
Не оставляли позора в наследство
Детям и внукам любимым,
Твердо усвоив со школьного детства:
Мертвые сраму не имут.
И осознать, вероятно, несложно
Лет через сто или двести:
Все воссоздать из развалин возможно,
Кроме утраченной чести.

0


Вы здесь » Севастопольский вальс » Военная история » Русские не сдаются!!!!!!!!!!!!!!!!!