Севастопольский вальс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Севастопольский вальс » Running news » Новороссия


Новороссия

Сообщений 571 страница 600 из 977

571

Мужчины, защищайте своих женщин и детей с оружием в руках, - ополченка из отряда «Сомали» (видео)
Девушка-доброволец Кристина, позывной «Кри», из батальона «Сомали» — о присяге на верность народу ДНР и службе на передовой. Также Кристина обратилась к мужчинам - представителям "диванных войск".

0

572

Донецкий аэропорт освобождается от остатков киевских фашистов (видео)
В Сумах похоронили очередного боевика «Правого сектора». Сергей Табалда с позывным «Север» был ликвидирован в Донецком аэропорту 6 ноября 2014 г.  Еще один боевик «Правого сектора» — Александр Райхерт, погиб в результате тяжелого ранения накануне в Песках.
Киевские пропагандисты продолжает глупо называть своих бойцов «киборгами» и «терминаторами», но ополченцы ежедневно опровергают бессмертие оккупантов.

Ссылка

Киевские пропагандисты продолжает глупо называть своих бойцов «киборгами» и «терминаторами», но ополченцы ежедневно опровергают бессмертие оккупантов.

"Земля к земле, пепел к пеплу, прах к праху"

0

573

Listrigon написал(а):

В Сумах похоронили очередного боевика «Правого сектора».


Сопливые неучи становятся пушечным мясом и дохнут за псевдоидеалы. За что боролся на то и напоролся, собственно.

0

574

из дневника ополченца...

 
Oct. 18th, 2014 at 10:01 PM

Знаете, что меня особенно поразило? Эти плачущие женщины практически целовали нам руки: они умоляли нас не сдаваться. Да, они благодарили нас. Да, они были рады нам. Но рыдали они тогда, когда просили нас не отступать. Не переставать бить эту нелюдь. Они молили нас зарыть их в землю. Уничтожить ту мразь, что сожгла их город, убила их соседей, друзей и близких. И никого не оставить под светом Божьим. Простые женщины... Русские женщины.

Когда я вышел от них, я долго не мог отдышаться. Я курил. Одну за одной. И не мог остановиться. Мне буквально свело скулы. От горя и ненависти. Немыслимой ненависти. Такой, которую можно чувствовать только видя такое. Той самой ненависти, которую чувствовали наши предки, когда 70 лет назад шли по этой же земле, осквернённой и разорённой фашистами. Той ненависти, которую они утолили только тогда, когда сожгли гитлеровский Берлин. От неё задыхаешься. От неё солнце темнеет и воздух начинает пахнуть серой. Она превращает кровь в твоих жилах в горящий напалм, который невыносимо жжёт и унять это можно, только отомстив тварям, сделавшим это.

И ведь Спартак - это не самое жуткое место на Донбассе. Есть ещё Иловайск. Есть ещё Горловка. Есть ещё несчитанное количество русских городов и сёл, растерзанных бешеной собакой по имени "украина". Грязной, кровожадной сукой, которую просто нельзя оставлять в живых. И мы сделаем всё, чтоб так оно и было.
Источник: http://shrek1.livejournal.com/1065041.html

+1

575

«Правый сектор»: Мы выполнили задачу в аэропорту Донецка и уходим оттуда

Подробности: http://www.regnum.ru/news/polit/1865609 … z3IsSE2iFV

0

576

В ЛНР ликвидирована «белая вдова» известная международная террористка из Великобритании
Снайпер-доброволец из России ликвидировал международную террористку Саманта Льютуэйт, объявленную в розыск Интерполом, которая воевала в составе одного из украинских батальонов, сообщает REGNUM.
http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1415850063_krem.gif
По имеющейся информации, Саманта «Белая Вдова» Льютуэйт была снайпером в карательном батальоне «Айдар». Террористку уничтожили около двух недель назад в районе города Дебальцево – узлового транспортного пункта между ДНР и ЛНР. Льютуэйт – вдова известного террориста-смертника Джермена Линдси, который совершил теракт в лондонском метро в 2005 году. После смерти мужа она перебралась в Сомали, вступив в радикальную террористическую группировку «Аш-Шабаб». Спецслужбы США объявили награду в 5 миллионов долларов за помощь в задержании террористки. К слову, за снайпера, убившего ее, украинские силовики также предлагают большую сумму – около миллиона долларов.
Британский телеканал iTV отмечает, что информацию о гибели «Белой Вдовы» проверяют британские контртеррористические подразделения.
«Мы осведомлены о сообщениях о том, что Саманта Льютвейт убита на Украине», - приводит сообщение неназванного представителя МИД Британии newsru.com.
Ссылка

0

577

Сербский доброволец Деян Берич: «Борьба против несправедливости у нас в крови»
http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1415730029_s1.jpg
Именно поэтому уроженец Сербии сейчас воюет в Новороссии
Сербский доброволец в Новороссии - это тот тип человека, который, казалось бы, в Сербии уже исчез.
Человека, который не идет на компромиссы и не заключает пактов с нечестивыми, человек, для которого честь погибнуть бою с несправедливостью. Человека, который делал нацию храброй и хранил сербскую особенность веками не вкладывать меч в ножны в эпических песнях и на поле боя.
Деян Берич, сербский доброволец в Новороссии, вероятно потому, что никогда об этом и не думал, своей борьбой повел в бой всех нас и стал одним из именно таких людей.
Откуда Вы в Новороссии? Что стало вашим мотивом для того, чтобы поехать на край света, о котором мы до последнего времени почти ничего не знали, чтобы рисковать там своей жизнью? Как и из-за чего?
- Откуда я в Новороссии, я уже рассказывал много раз. Так что сейчас буду краток. Я приехал, чтобы помочь нашим православным братьям и сражаться против преступников из НАТО, которые бомбили нашу страну, так как они больше всех бряцали оружием и угрожали напасть на Крым. Я забыл тогда тот факт, что НАТО и страны, поддерживающие эту организацию, обычные трусы. Они могут вступить в конфликт лишь там, где есть возможность бомбить издалека, по возможности в 90% по гражданским целям, чтобы сеять страх и панику. Так что впрямую они не участвовали, но здесь ясно видно их влияние. Так несколько американских офицеров было здесь ранено. Они не были в бою, они находятся чуть подальше от линии фронта и разъясняют, как важно уничтожать гражданские цели. Это я слышал не от одного пленного украинского солдата, множество повторяют одни слова.
Как Вы сегодня видите события в бывшей Украине? Если бы Вы прождали до нынешнего времени, было бы Ваше решение и сегодня тем же, что и тогда, поехали бы Вы в Новороссию?
- Ситуация в Украине более чем ужасная. Если бы не страшная цензура в сербской прессе, то вы смогли бы увидеть все ужасы гражданской войны. То, что нам показывают более чем на 50% ложь.
Я могу найти этому простое объяснение, в Сербии объективна та пресса, которую не купили иностранцы. А такой нет, так как то, что не купили, они контролируют через власть, которая не сербская и толкает Сербии к пропасти. Хотел бы я ошибиться… Если бы не поехал с самого начала, то приехал бы после первых снимков детей, убитых на улицах и в школах…
Сознание у каждого разное. Я никогда не забуду то, что делали в Сербии преступники из НАТО. Я всегда буду это повторять, не для того, чтобы знали, что я не забыл, а чтобы напомнить позабывшим. Просто не могу представить себя сидящим в теплой комнате и играющим на компьютере, когда пробуждается вампирский фашизм в своем худшем облике.
Деян долго «скрывался» от прессы, пока не пошел на выполнение исключительно важного задания с группой бойцов Новороссии, с того момента его жизнь, в плане популярности, перешла на новые рельсы.
Сербская общественность узнавала о Вас, когда было объявлено, что вы из винтовки подожгли бронетранспортер украинской наци-хунты. Было ли это и для вас одним из важнейших событий во время войны в бывшей Украине?
- Я умело скрывался, пока мы не пришли на помощь группе Моторолы, когда пробивали коридор Снежное-Степановка-Мариновка. У них был с собой репортер, на маленькую камеру снимавший происходящее. Он попросил меня об интервью, сказал, что это только для них, а уже на следующий день видео оказалось в Ютубе.
Я обошел все районы, где велись бои. Из сербов в боях я встретил только одного человека, Славишу из Белграда. К сожалению, он сейчас не с нами, отдыхает, так как, когда с самолета разбомбили дом, где они находились, он получил осколок в живот. Сейчас с ним все в порядке, но пока ему не до тяжелой работы.
Деян рассказывает, что в Новороссии он не с четниками или какой-либо иной группой, а со здешним народом, ради которого он и приехал, ему очень важно, что местное население воспринимает его, как своего.
- На берете я с гордостью, рядом со значком разведчика в виде летучей мыши ношу пятиконечную звезду. Некоторым в Сербии это не нравится. Но это мой выбор. Здесь люди этим гордятся.
Не могу выделить самое важное событие. Может быть у Мариновки, когда я смог поджечь БТР выстрелами из снайперской винтовки. Я использовал бронебойно-зажигательные патроны. Это не было каким-то подвигом, как мне приписывают, просто БТР шел на наши позиции и стрелял из крупнокалиберного оружия. Мимо нас он прошел, так мы выдвинулись вперед чуть дальше запланированного. Больше от бессилия из-за того, что нет с собой ничего из противотанкового оружия, я обстрелял его. Броня оказалась слабой, не знаю, куда я попал, но после пары пуль он загорелся.
Распространено мнение, что снайперы на войне находят себе укрытие и оттуда «спокойно» стреляют по движущимся целям по выбору. Что такое на самом деле снайпер на войне?
- Это мнение ошибочно. Я обычный солдат, как и другие с автоматом. Снайпером я стал силой обстоятельств. Снайпер с известного аэропорта в Донецке каждый день убивал по 2-3 мирных жителя. Четыре дня не могли его достать. За эти четыре дня баланс достиг двенадцати убитых, из них лишь один мужчина, остальные женщины и дети.
Я взял снайперскую винтовку и пошел ждать его. Изучил откуда он действует и определил точку, где буду его поджидать. Повезло, что я правильно размышлял и увидел его после его первого выстрела. Больше он не стрелял. После этого мне поставили задачу уничтожать снайперов. И это, полагаю, моя главная задача. Или, во всяком случае, самая тяжелая.
Читаю порой комментарии в прессе, некоторые люди видят снайпера, как убийцу мирных жителей. Больно читать такое, но умный человек сказал «важно не что говорят, а кто говорит». Так что я по-прежнему снайпер в разведывательно-диверсионной, теперь уже бригаде, «Рязань», названной в честь нашего командира. Мы были разведывательно-диверсионной группой с одним БТР-ом, а теперь это бригада, с тремя сотнями бойцов и солидной техникой.
Как народ в Новороссии и как Вы смотрите на реакцию в Сербии? Включая и народ и власть.
- Не хочу говорить о том, как люди здесь смотрят на реакцию из Сербии. Потому что не могу объяснить им поступки сербских властей.
Скажу лишь, что неважно, что думает власть, важно, что думает народ. Моральной поддержки много, что очень важно. Власть подарила Сербию, как она может после этого быть показателем в отношениях?
Мы обычные люди, которые всегда проливали кровь друг за друга, мы мерило отношений двух народов. Так же, как и во время преступных бомбардировок Сербии, когда власть в России не представляла собой русский народ. Русские приезжали, чтобы помочь, как добровольцы. Многие женились в Сербии, Республике Сербской.
Недавно был принят закон, предусматривающий уголовное наказание для участников войн вне Сербии. Этот закон не касается сербских солдат, которые вместе с силами НАТО «охраняют мир», которые в эти миссии едут добровольно, исключительно ради денег. О тех, кто из Сербии едет таким путем на чужие войны, говорят, что они, таким образом, с гордостью представляют свою страну. Вы в Новороссии ради защиты местного населения от фашизма. Участвуете в защите православных святынь и стран и не требуете за это денег. Как вы смотрите на этот закон?
- Вопрос здесь к месту. Я выскажу свое мнение и передам, что говорят бывшие солдаты преступной НАТО-вской армии.
В нашу первую интербригаду приехали бойцы, которые пять лет были по контракту во французской армии. Три месяца назад. Человеком, которого больше всего уважали в этой группе, был француз сербского происхождения Никола. Он сейчас командир международной группы. Мы больше не вместе, но поддерживаем контакт, насколько возможно. Стоит ли еще что-то говорить о НАТО после его слов: «Я был в этой преступной армии в Афганистане и стыжусь этого. Я приехал сюда сражаться против фашизма».
Что должно случиться с человеком, чтобы он покинул хорошо оплачиваемую, хорошо организованную армию и приехал сражаться в армии, где не платят. Что же касается организации, то еще многое нужно сделать. Когда он приехал я рассказывал ему, как здесь воюют, он не верил. Через какие-то двадцать дней, когда поехал в Донецк, мы встретились. Он с улыбкой рассказывал, что подумал, что мы его пугаем, но все именно так. Может быть, многие не поймут, зачем он это сделал. Я знаю. Видел его, когда он приехал и недавно видел снова. Его отсюда никто не выгонит, в человеке пробудилась совесть.
Стоило бы ей пробудиться и в Сербии. Все больше и больше приезжает людей, которые были в армии какой-либо из стран НАТО и хотят, наконец, побороться за справедливое дело.
Деян говорит, что этот закон, о запрете участия в войнах принят по инициативе и желанию кого-то вне Сербии, желающего защитить собственные интересы.
- Сербия больше не страна своих жителей. Нашей прекрасной страной управляют иностранцы, а во власти их слепые последователи. Я читал этот закон и мне, как человеку, который знает, что такое верность своей стране, он более чем смешон. Почему? Не могу сейчас точно процитировать, но там пишут, что в войнах вне границ Сербии может участвовать только регулярная армия Сербии. Значит, сербская армия становится одним из винтиков машины НАТО. Сербская армия будет участвовать в убийстве мирных жителей, так же как семнадцать армий издевались над Сербией.
Надеюсь, что Бог простит нашу власть, принявшую столь позорный закон. Я был в ужасе, когда это прочитал. Я не хотел заниматься политикой, но своими поступками они меня вынуждают… Александр Вучич нас призвал вернуться в Сербию и больше не позорить ее. Не знаю, стыдился ли он своих предков, когда заявлял такое??? Оба его деда сражались против фашизма. У нас в крови борьба против несправедливости, а они своими поступками подталкивают людей приезжать сюда. Если я правильно понял, поправьте меня, если ошибаюсь, мы, пришедшие сюда по зову сердца, позорим Сербию, а те, кто пойдет в качестве наемников армии, которая бомбила в нашей прекрасной стране роддома, больницы, школы, дома, поезда… Они защищают честь Сербии. По-моему это ненормально.
Помните великие слова, сказанные на святой Сербской земле «неважно сколь многочисленный неприятель, важна святыня, которую защищаешь», так и я остаюсь здесь, с надеждой, что в Сербии придут к власти нормальные люди, которые изменят закон и я смогу приехать в свою страну. Меня одно интересует, примет ли кто-то закон, осуждающий власть, которая своими действиями довела до того, что люди в Сербии совершают самоубийства из-за того, что не могут оплатить счета после того, как у них снизили и без того малые зарплаты или пенсии, которые они заслужили своим трудом.
Власть несет прямую ответственность за множество потерянных жизней в Сербии. Кому они ответят за это? И, чтобы завершить с политикой. Господа политики, желаю вам долгой жизни и крепкого здоровья, чтобы дождались женитьбы правнуков и увидели, как будущие поколения будут стыдиться того, что вы наделали.
После разговора с тем, кто защищает идеалы и живет с ними, тяжело в рабских условиях в Сербии не романтизировать участие в войне против нацистов. Недавно я спросил друзей, что они думают о поездке добровольцами в Новороссию? После краткой паузы, когда все уже в мыслях промелькнуло, один из них ответил тоном, указывающим на бессмысленность вопроса: «а кто не хотел бы быть там?», однако все находят причины скорее не ехать, чем поехать… обязательства перед семьей, работой превратили нас в «героев с недостатком свободного времени». Но, к счастью, не всех.
Ссылка

Отредактировано Listrigon (2014-11-13 14:30:23)

0

578

Деян Берич
http://topwar.ru/uploads/images/2014/036/szur549.jpg

http://topwar.ru/uploads/images/2014/220/oimx928.jpg

Отредактировано Listrigon (2014-11-13 16:11:22)

0

579

Народный суд Новороссии: Очищение рядов
http://ruspravda.info/images/original/1011166345.jpg
Егор Москвин: Хунта на такое не способна
Если кто помнит (конечно, еще совсем недавно такое уточнение было бы излишним), в фильме «Место встречи изменить нельзя» Шарапов — В. Конкин упрекает Жеглова — В. Высоцкого в том, что он незаметно засунул в карман ворюге «Кирпичу» — С. Садальскому украденный тем кошелек, который при задержании нахальному «щипачу» удалось «сбросить».
Этот момент (как, кстати, и весь незнаемый большинством нынешней молодежи замечательный фильм) вызвал тогда, в конце 1970-х гг., бурю обсуждений в советской печати. Рупор демократии тех времен, «Литературная газета», даже, помнится, устроила дискуссию. Тема ее была такова: имел ли право капитан милиции Жеглов на подобный поступок — по совести и по закону?
Конечно, массовый зритель в принципе поступок Жеглова одобрял. Газета же открыто одобрить его не могла, поскольку герой Высоцкого, хотя и поступил по духу закона, но нарушил его букву, считающуюся неотъемлемой составной любого судебного разбирательства.

В «Месте встречи…» Жеглов в запале спора предлагает Шарапову остановить служебный автобус, выйти на улицу и опросить сто встречных: как считает народ, одобрит ли он его, Жеглова, поступок? Должен ли вор сидеть в тюрьме?
«Так решения не принимаются!» — вынесла вердикт «Литературка», тем самым принимая позицию Шарапова, утверждавшего, что, если законом «затыкать все дырки», то это не закон будет, а кистень.
Но вернемся от кинопараллелей к теме нашей статьи.
«Первый народный суд Новороссии» — так называется телевизионный сюжет, снятый «информотрядом» штаба Алексея Мозгового.
Именно он (а точнее — его урезанная версия) вызвал ураган возмущения, который прокатился по телеканалам и интернет-ресурсам, подвластным хунте. В частности, муссировалась фраза командира «Механизированной Бригады» Мозгового о том, что он подвергнет аресту всех девушек, которых увидит в кафе (с какой целью — потребитель «развесистой клюквы» должен додумать сам), иллюстрируемая тем самым «лайт»-вариантом.
Честно признаться, я, безоговорочно поддерживающий Новороссию, решив найти полный первоисточник, все же с некоторой опаской включал это видео. (Ссылку нашел в этой заметке). Почему с опаской? Потому что знаю, что война есть война, à la guerre comme à la guerre, и на ней случается всякое. А еще потому, что помню один из самых замечательных романов о гражданских войнах — «По ком звонит колокол» Эрнеста Хемингуэя, — где показана вся обжигающая правда таких трагедий. В романе есть реальный исторический персонаж, который занимал большой пост в армии республиканцев, — французский коммунист Андре Марти. Это был сумасшедший человек, которому было легче казнить подозреваемого, чем вникать в подробности того, что тот совершил или даже не совершал вовсе. В романе Марти хотел расстрелять главного героя по первому подозрению. И только вмешательство советского журналиста Каркова (прототип — Михаил Кольцов) спасло Роберта Джордана от неминуемой гибели.
Так вот, я опасался увидеть в репортаже из зала народного суда некоего «луганского Андре Марти», который вдруг стал бы причиной моего разочарования в ополченцах. Однако скажу сразу: разочарования не произошло.
Действие происходит в городе Алчевске, в актовом зале некоего учреждения. Здесь собралось более трехсот человек. На сцене, за столом для заседаний, трое: Алексей Мозговой, его соратник — председатель суда — и руководитель «информотряда». Конвой выводит на сцену и сажает за соседний стол двух обвиняемых. Это крепкие мужики среднего возраста, обоим под сорок. Им инкриминируется сексуальное насилие над несовершеннолетними девушками. Первый — развращенный наркоман, путем угроз и обещаний подарка принудивший к отношениям 15-летнюю девушку, с которой познакомился в баре.

Второй подонок — насильник, рецидивист с вытатуированной на шее свастикой. длительное время издевавшийся над 12-летней девочкой.
После оглашения вины задержанных присутствующим представителям народа (фактически — тремястам присяжным) предлагается для голосования приговор: высшая мера наказания по закону военного времени — расстрел.
В зале выступают и народные обвинители, и защитники. Конечно, это не похоже на чинное заседание суда с профессиональными юристами. Простые люди просто высказывают свое мнение. Задают вопросы. Негодуют. Или сомневаются.
В этих обсуждениях и прозвучала фраза Мозгового о том, что он будет арестовывать девиц, которые будут торчать в ночных барах. Смысл ее такой: сидите дома, пеките пирожки своим мужьям и возлюбленным, а не таскайтесь по злачным местам, попадая в переделки. Вот такая воспитательная мера для сохранения семьи.
Именно за нее зацепились «коричневые» комментаторы, выдернув цитату из контекста. Очередной пример подтасовки в духе: «Полуправда — лучшая ложь».
Затем начинается голосование.
Альтернатива смертной казни для первого насильника (наркомана) — это передовой рубеж огня. Фактически — штрафбат. Но он радостно рыдает, когда выясняется, что нескольких голосов не хватило для утверждения расстрельного приговора.
Рецидивист же, несмотря на истерику и крики несчастной его матери, помилования не получает. А получает расстрел по закону военного времени.
Вот так один из военных руководителей Новороссии показал пример установления справедливости.
Целью моей статьи не было восхваление руководства Новороссии. Я знаю, что среди ее лидеров порой происходят конфликты. Но они не похожи на конфликты карателей, садистов и убийц, этих пауков в банке, готовых, чуть что, уничтожить друг друга. Я надеюсь, что все нелады, порой возникающие между руководителями независимых республик, будут улажены добром и уважением.
Суд над насильниками в Алчевске был сложным, противоречивым, вероятно, не во всем правильным. Последнее слово второму подонку нужно было дать до приговора, а не после. Хотя, судя по этому последнему блеянью, приговор отнюдь не изменился бы.
Мне также не понравилось, что суд закончился аплодисментами смертельному вердикту — здесь радость неуместна. Но если вспомнить, что переживают эти люди, находясь под постоянным прицелом фашистского агрессора, сколько они уже пережили и сколько им предстоит, можно понять их чувства.
А еще один немаловажный — а может, и самый важный — штрих: ополчение судило «своих». Не пленных же карателей.
Первый насильник — наркоман, бывший участковый милиционер, — даже состоял в его рядах. Второй негодяй не состоял, но он — все равно из Алчевска, «земляк».
Ополчение очистило свои ряды от гнуси.
А какие суды над своими клевретами и кровавыми сообщниками провела хунта?
Кого она — хоть по духу, хоть по букве закона, — осудила за геноцид против жителей Юго-Востока? За сожжение невинных людей в Одессе? За бомбардировки мирных кварталов? За сбитый «Боинг»? За насилие, грабежи и мародерство? За массовые убийства мирных граждан и «черную трансплантологию»? За другие преступления против человечности?!! (Не считать же «справедливостью» люстрации над политическими противниками).
Нет, все эти подонки- «херои» теперь узакониваются в Верховной Раде и собираются далее насаждать «евродемократию» в Украине.
Хотя, по большому счету, им всем тоже следует готовиться к ответу в народном трибунале.
По всей строгости военного времени.
Егор Москвин

0

580

Премьер-министр Украины Арсений Яценюк заявил, что подача газа и электричества в районы, подконтрольные ДНР и ЛНР, прекращены не будут. Однако для оплаты энергоресурсов будут удерживаться пенсии и социальные выплаты жителям этих регионов.

15.11.2014, 01:54
«Вся сумма неоплаченной электроэнергии и газа, которая поставляется Украиной в Донецк и Луганск, будет взята из тех средств, которые мы зарезервировали на социальные выплаты и пенсии. Это справедливо. Вся страна платит ... в этих условиях мы помогаем Донбассу, но мы обязаны, соответственно, компенсировать эту сумму средств», - цитирует заявление Яценюка РИА Новости.
По оценке главы кабинета, среднемесячное потребление электроэнергии на этих территориях оценивается в 700 млн гривен (более $ 43 млн), а стоимость поставленного газа к концу года превысит 2 млрд гривен ($125 млн).

Оригинал статьи: http://russian.rt.com/article/59593#ixzz3J7rn2hP8

0

581

http://sa.uploads.ru/t/q3iZ4.jpg

Отредактировано дорожник (2014-11-15 19:49:26)

+2

582

пора наблюдательной публике попристальнее присмотреться к львовской «Самопомощи», которая возникла как-то вдруг и сходу проскочила в Зраду. А так не бывает. Пока эти хлопчики ведут себя тихо, но есть много косвенных признаков, что именно они окажутся той «организующей и направляющей» политической силой, которая проведет референдум на бывших польско-литовских землях «незалэжной» по крымскому сценарию. С той лишь разницей, что обращение о вхождении будет адресовано Польше. Момент для этого наступит ближе к весне следующего года, когда «незалэжная» дозреет окончательно.
http://contrpost.com/?p=207

0

583

0

584

ЛУГАНСК, 16 ноя — РИА Новости. Глава народного совета самопровозглашенной Луганской народной республики Алексей Карякин считает, что президент Украины Петр Порошенко своим указом об экономической блокаде Донбасса окончательно вывел Киев из минского переговорного процесса.

Президент Украины в субботу поручил эвакуировать из зоны спецоперации в Донбассе все госучреждения и суды, вывезти заключенных, а также прекратить обслуживание банковских счетов. При этом он поручил уведомлять Совет Европы о нарушениях Украиной прав человека в зоне спецоперации и их причинах.

РИА Новости http://ria.ru/world/20141116/1033578613 … z3JFQhNYeF

0

585

Про правильные аналогии:

Знакомый был в США (в Кентукки - такая типичная Америка), его как выходца с Украины решили местные расспросить про ситуацию на фронтах, про взаимоотношения с Россией и т.д.

Ну вот собственно с его слов:

Спрашивают про Крым - отвечает - Ну представьте США и Мексика были единым государством и потом решили взять и разделиться и Флорида, Техас и Калифорния с Невадой остались у латиносов (слышится ропот возмущения). И вот в Мексике переворот и к власти приходят противники гринго (еще больший ропот), начинаются гонения, хотят запретить английский язык (на лицах слушателей полное непонимание от такого святотатства), но вот во Флориде решают, что надо присоединиться к США и у них это получается (!!! восторг пенсионеров из числа слушающих и гул одобрения), а потом в Техасе вспыхнуло восстание и туда режим из Мехико вводит войска и начинает убивать американцев ( у слушающих сжимаются кулаки), а президент США боится ввести войска из-за того, что это не одобрят в Европе и Канада перестанет поставлять рождественские елки (неподдельное возмущение и ропот), но Техасу удается отбиться и латиносы больше не контролирую границу, не могут убивать американцев и обстреливать города (радость и почти аплодисменты), но ведь Калифорния и Невада еще в руках латиносов...

(!!!) - тут один пенсионер не выдерживает, встает и говорит:
- Всегда знал, что Обама дерьмо! А нам все врут, про проклятых русских, которые хотят захватить всю Европу.
Собственно говоря, после того как знакомый показал как выглядит флаг Новороссии, вопросов больше не было, потому что верующие знают, что под флагом с изображением креста Апостола Андрея плохие люди сражаться не могут.
https://www.facebook.com/VladBreeg/post … 6282894636

0

586

http://ria.ru/world/20141120/1034338973 … gistration
Аксенов: Киев обязан признать ДНР и ЛНР, чтобы положить конец войне

0

587

http://ria.ru/world/20141121/1034534365.html
ДНР: в республике создается Пенсионный фонд

0

588

«Кто ты, «Стрелок»?»

Беседуют главный редактор газеты «Завтра» и бывший министр обороны Донецкой народной республики

http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1416594134_n47.14-kto-ti.jpg
Александр ПРОХАНОВ. Игорь Иванович, на днях я побывал в Новороссии. И, возвращаясь, начал считать, свидетелем какой войны являюсь. Оказывается, шестнадцатая. Начиная с Даманского, Джаланашколь, Афганистан… Донецк, Луганск — шестнадцатая кампания. И каждая из этих войн имеет даже не свой лик (а это как бы личность — каждая война). А это какая-то субстанция, которая имеет свою субъектность, свою судьбу, своё развитие, свою память. Вы ощущаете, что у войны есть какие-то черты, которые выходят за технологию войны? Как бы вы описали Донецкую войну в её фазах, этапах, переживаниях?
Игорь СТРЕЛКОВ. Это моя пятая война. Были две чеченские, Приднестровье и Босния. Хочу подчеркнуть её схожесть — сценарную схожесть — с боснийской войной. Начало боснийской войны очень похоже на то, что происходит в Новороссии. Когда распалась Югославия и начался парад суверенитетов республик Сербии, несколько регионов не захотели уходить в мусульманскую Хорватскую федерацию и подняли восстание. Эти республики боснийские мусульмане, хорваты подавляли вооружённой силой. И вот, тогда на помощь им пришла Югославская народная армия, но была остановлена под Сараево, под Вуковаром, под Дубровником. Остановились не потому, что встретили серьёзное сопротивление, а потому, что это могло вызвать прямое вмешательство НАТО.  Армия была выведена и оставила своё вооружение сербам. Сейчас ситуация очень похожая. И не дай Бог, чтобы она так же закончилась. Потому что когда ЮНА вышла, сербы не смогли  организоваться. Потом шла очень длительная, изматывающая война. А потом она быстро закончилась — хорваты разгромили всех по очереди.
Александр ПРОХАНОВ. Но там фактор насилия. Натовские войска и контингенты, начались бомбёжки… А эта война по фазам как развивалась?
Игорь СТРЕЛКОВ. Поначалу никто воевать не хотел. Первые две недели проходили под флагом того, что обе стороны хотели убедить друг друга. Первые дни в Славянске и мы, и они крайне осторожно подходили к применению оружия. Первая стычка была с сотрудниками СБУ, которые попытались нас зачистить, но попали на засаду. Даже не совсем на засаду, а на встречное столкновение, к которому они оказались не готовы. Понесли потери и убрались. После этого наступило спокойствие. Украинская сторона начала выставлять блокпосты, в наших окрестностях появилась аэромобильная 25-я бригада. Но она не рвалась воевать. Нам удалось разоружить сначала разведвзвод, потом колонну. Это было именно разоружение — под стволами автоматов, под угрозой сожжения техники они не решились вступать в бой и были нами разоружены.
Но всё равно долгое время мы не трогали их блокпосты, и они не проявляли агрессии. Это первые шаги.
Затем "Правый сектор" начал забрасывать к нам диверсионные группы — начались перестрелки. Ещё Нацгвардии не было — только "Правый сектор".  Украинская сторона очень осторожно себя вела, шаг за шагом прощупывала, как себя поведёт Россия. Первый месяц не было обстрелов города. Первый обстрел Славянска — в конце мая. До того они обстреливали сёла, но сам Славянск не трогали. Но по мере того как они понимали, что Россия не отреагирует, обстрелы становились всё более сильными, действия бронетехники и авиации — всё более массированными. В начале июня они окончательно уверились, что Россия напрямую не вмешается, и пустились во все тяжкие. Первая массированная атака на Славянск была второго мая. Следующую — с применением всех сил и средств вооружения — бронетехники и танков — они провели 3 июня. Между этими атаками были бои, локальные стычки.
Июнь, июль были самыми тяжёлыми. Если в апреле-мае всё шло по восходящей, то есть расширялась территория восстания, мы постепенно ставили под контроль населённые пункты Донецкой республики, распространяли движение, то в июне мы начали отступать. Нас со всех сторон стали поджимать, силы противника колоссально превосходили по всем параметрам. И у противника стала появляться мотивация к боевым действиям. Начала срабатывать пропаганда. И чем дальше, тем больше эта мотивация увеличивалась.
Батальоны нацгвардии стали прибывать на поле боя. Они изначально были мотивированы: рассматривали противника, то есть нас, как московских наёмников. Они были уверены. что мы все присланы из России. А то, что у нас в Славянске 90% были местные, донбассовцы, не хотели даже верить.
В июне-июле, когда помощи было крайне мало, противник подогнал огромные силы. Вообще несопоставимо было нарастание сил. Например, к нам за это время пришло 40 добровольцев, а к противнику пришло 80 машин. Что в них — другой вопрос. Но в каждой машине — минимум по человеку.
В август — на пике кризиса — мы сражались в условиях почти агонии. Просто лихорадочно латали дыры, затыкали какие-то прорывы.  Мы находились в полном оперативном окружении. И не могли его прорвать. К тому же нас уже начали, как классический котёл, резать на более мелкие котлы. Постепенно отрезали Горловку…
Александр ПРОХАНОВ. Вы говорите о фазе, когда ушли из Славянска в Донецк?
Игорь СТРЕЛКОВ. Да. В той фазе тоже было две части. Когда мы вышли из Славянска в Донецк, это была фаза полной растерянности украинской стороны. У них был полностью прописан сценарий, а мы не вписались, перемешали им всё. И подозрительно гладко всё складывалось у них по этому сценарию. Очень подозрительно.
Что касается ситуации со Славянском…. После того как украинская сторона прорвала фронт под Ямполем, мы уже висели на волоске, заткнуть дыру между мной и Мозговым было невозможно, для этого не хватало сил — как минимум нужна была бригада. А у нас не было резерва.
И когда они взяли Николаевку, у нас не осталось никаких шансов. Был бы шанс, если бы нам массово поставили технику, вооружение. У меня было три танка, один из них был абсолютно неисправен, он не сделал ни одного выстрела. Лишь два танка были боеспособны. С их помощью мы разгромили один блокпост. Но сразу после разгрома этого блокпоста противник на всех блокпостах поставил по четыре танка. В Славянске у укров было семь блоков, и на каждом — по четыре танка. Любой блок укров по технической вооружённости и по численности был сильнее всего славянского гарнизона. На конец осады у меня было 9 бронеединиц, включая эти два танка, а у противника на каждом блоке — по семь-восемь единиц, включая четыре танка. И у меня была альтернатива: или сесть в полную осаду без снабжения, или выходить. До этого снабжение по полевым дорогам проходило. А когда противник взял Николаевку, у нас осталась одна полевая дорога, но они и её перерезали: если мы ночью прорывались по этой дороге, то уже днём у них был пост.
Итак, варианты. Садиться в осаду. Боеприпасов к стрелковому оружию на хорошие бои у меня бы хватило на двое суток. На средней интенсивности — на неделю. А после боёв под Николаевкой у меня осталось на 8 миномётов 57 мин — меньше, чем по 10 мин на миномёт. Не хватало и всего остального: на тяжёлое вооружение не хватало боеприпасов, хуже всего было с противотанковым вооружением. Бои были серьёзные, израсходовали много, а пополнения не поступало. Это всё было 5 июля. "Отпускники" пришли через 40 суток. Мы бы до их прихода никак не продержались. У нас бы и продовольствия не хватило. А самое главное — украинская армия не шла на контактные бои. Когда мы сами навязывали контактный бой, то у них были потери. А они со времён Ямполя предприняли тактику: выдвигаясь от рубежа к рубежу, бросали вперёд только бронетехнику без пехоты. Перед бронетехникой шёл огневой вал. Если бронетехника наталкивалась на сопротивление, она отходила. Снова огневой вал. Потом снова бронетехника. Опять огневой вал — и опять техника.
В результате Николаевку они начали методично разрушать. Наносили удары "ураганами", "градами", тяжёлой артиллерией. Никто не ожидал такого массивного обстрела. Некоторые пятиэтажки в городе попросту сложились. Действительные потери мирного населения мы даже не знаем — они огромны.
После этого противник просто обошёл Николаевку, и мне пришлось вывести остатки гарнизона. Ясно было, что то же самое повторится в Славянске — уже без всякой жалости его громили. Но я им ответить не мог, потому что снарядов не было. Они бы нас огородили колючей проволокой, обложили минами, как они сделали с другими, взяв их в кольцо. И ждали бы, когда мы или с голоду сдохнем, или полезем на прорыв. А прорыв в таких условиях сопровождался бы огромными потерями, и неизвестно, удался бы или нет. А ведь в Славянске было ядро нашей бригады — полторы тысячи человек, из них больше тысячи — бойцов. В Краматорске было около 400 бойцов, в Константиновке чуть больше сотни, в Дружковке пятьдесят, на других направлениях небольшие гарнизоны по 20-30-50 человек. И я знал, что извне ко мне никто не прорвётся. Ни "Оплот", ни "Восток" мне не подчинялись. У Безлера, который в Горловке базировался, на тот момент было около 350-400 человек. Если я не мог разорвать кольцо со своими полутора тысячами, то уж он-то тем более не смог бы. Получалось: если я останусь в осаде, то через какое-то время укры обложат меня, после этого начнут брать населённый пункт за пунктом. Что, собственно, и началось: я и выйти не успел, уже Артёмовск захватили, где у них свой человек был. И за один день полностью зачистили Артёмовск.
В момент, когда выходили из Славянска, уже намечалось второе окружение с отсечением полностью Краматорска, Дружковки, Константиновки. Это к слову о том, почему я, выйдя из Славянска, не стал обороняться в Краматорске: там тоже не было боеприпасов.
Учитывая глубокий прорыв противника к Артёмовску (он уже вышел к Горловке практически, в нашем глубоком тылу находился), цепляться за Краматорск не имело смысла. Выиграли бы мы ещё трое-четверо суток, но в результате всё равно выходили бы. Любой прорыв, тем более — неорганизованный, сопровождается потерями.
Несмотря на то, что из Славянска мы выходили очень организованно, у нас вся бронегруппа погибла. Трагическая случайность.  Они должны были вместе с артиллерией, отвлекать на себя внимание огнём с места — с окраины Славянска. Потом, пропустив мимо себя все автомобильные колонны, уйти последней — замыкающей колонной. Но тут сработал человеческий фактор, и бронегруппа пошла на прямой прорыв.
Чтобы не создавать толкучку, у нас все были разделены на шесть колонн. Каждая колонна должна была выходить с интервалом в полчаса. Я совершил серьёзную ошибку, что вышел со второй колонной, а не остался до конца. У меня были свои резоны: в Краматорске я сразу развернул штаб. Но надо было, конечно, выходить последним.
Этого не случилось бы, если бы я сам присутствовал на месте. А так можно в мой адрес сказать, что смалодушничал, поторопился выскочить.
Вообще наши потери могли быть намного больше. Но украинская сторона ночью воевать никогда не любила, поэтому артиллерию мы вывели полностью, а также 90% пехотных подразделений и тыловых.
У нас в строю находилось 11 миномётов и две "Ноны" были на ходу. Знаменитую "Нону" пришлось оставить, потому что она, хотя укры её ни разу не подбили, вся в осколках была. Из-за износа у неё вышла ходовая часть. Её всё время таскали туда-сюда, под конец и пушка вышла у неё из строя. Как шутили бойцы украинских подразделений, которые к нам перешли, она за всю жизнь столько не стреляла, сколько в Славянске.
Так вот —  бронегруппа  пошла напрямую, и её всю сожгли. Перегородили дорогу. Первый танк подорвался на минах, второй попытался объехать — свалился в овраг. А остальных расстреливали гранатомётами. Некоторые люди уцелели — выскочили, прорвались.
Если бы хотя бы техника вышла — можно было бы как-то действовать, но вся броня сгорела. В Краматорске у меня было три БМП и два БТР. Это слишком мало — против нас выступали две батальонные механизированные тактические группы и танковый батальон.
И если мы могли действовать в застройке, то противостоять противнику на открытой местности не могли.
В Ямполе наш укрепрайон прорвали за один день, несмотря на то, что мы там вкопались, были огневые точки, блиндажи. У нас нехватка противотанкового вооружения — не было ни одной противотанковой пушки. Будь тогда хоть одна противотанковая пушка, хоть одна "Рапира", не прорвали бы они нашу оборону, несмотря на всю артподготовку. Но с одними "безоткатками" мы не могли воевать. Я понимал, что принимать бой на открытой местности — только терять людей.
Александр ПРОХАНОВ. Вы сказали, что для противника ваш выход из Славянска был совершенно неожиданным.
Игорь СТРЕЛКОВ. Да, он их обескуражил. Ведь у меня был приказ категорический — не сдавать Славянск. А когда я сообщил о том, что намерен выйти, мне несколько раз повторили приказ не выходить, оборонять Славянск до последнего. "Вас обязательно деблокируют, обороняйте Славянск". Спрашиваю: "Чем поможете?" Молчание. А у меня — тысяча человек и тысячи членов их семей. Положить их я права не имел. Поэтому я принял решение на прорыв.
Вот ещё какой момент. Когда я был в Крыму во время крымских событий, посетил 35-ю батарею. Мощнейшее впечатление на меня произвело. Чалый — просто молодец, он восстановил практически всё своими силами. Не меньшее впечатление произвело и то, что все командиры украинской севастопольской обороны: все адмиралы, генералы, лётчики — сбежали .Оставили за себя командиров полков, батальонов. Те гибли вместе с солдатами. И когда я был в Славянске, решил: либо я не выйду совсем, либо я выйду со всем гарнизоном. Я принял решение выйти и считаю его правильным.
Глубоко уверен, что если бы мы не вышли из Славянска, потом не удержали бы и Донецк. Когда мы вошли в Донецк — всё там было замечательно. Сидел киевский мэр, УВД по-прежнему подчинялось Киеву — двоевластие классическое. Город совершенно не был подготовлен к обороне. Блокпосты оборудованы плохо, дороги не перекрыты, можно были зайти как угодно. И сил там было крайне мало, они были раздроблены, разбросаны, никто никому не подчинялся: отдельно была Русская православная армия, отдельно — батальон "Восток", отдельно — "Оплот". Каждый отряд оборонял свой район, единого управления не было.
Проблема была даже не в этом, а в том, что с юга Донецк был почти охвачен, противник занял Амвросиевку. В принципе он уже отрезал нас от границы. ДНР была полностью под контролем противника. И большая часть ЛНР была под контролем противника. Действовал единственный пункт — Изварино, куда отошла одна из моих рот из Краматорска, и они значительно усилили там оборону.
И просто бы Донецк в итоге отсекли вообще от Шахтёрска, от агломерации Тараевский-Шахтёрск-Антрацит. На том участке было лишь несколько не очень мощных блокпостов на дороге и Саур-Могиле. А между ними были огромные дыры, куда можно было войти. Иловайск был пустой — не было гарнизона. В Оспино не было ни гарнизона, ни блокпостов.
Прибыв в Донецк, я в городе оставил только штаб, комендантскую роту. Один батальон  перебросил в Петровский район — это юго-западная оконечность, которая была пустая. Остальные силы, и Краматорска, и Славянска, были сведены в бригаду, разбиты на три батальона и разведбат. Они сразу были брошены на Иловайск, Оспино. И я сформировал линию фронта.
Александр ПРОХАНОВ. Из своих частей?
Игорь СТРЕЛКОВ. Именно из своих частей. Потому что "Восток" мне не подчинялся. На личных контактах, с ними удавалось наладить взаимодействие. Они обороняли район Ясиноватой, район Авдеевки, Песков, Карловку. На Карловке сборная солянка была: сначала там были люди Безлера. Потом они ушли, мне пришлось туда посылать своих. Потом я приказал отходить, прорываться оттуда, потому что их отрезали от нас, не было смысла в окружении две роты терять.
Если бы мы не сформировали этот южный фас, думаю, что всё бы закончилось очень быстро. Если бы мы остались в Славянске, то через неделю, максимум через две, Донецк бы пал. А выйдя, мы сорок суток держали Донецк до прихода "отпускников". Хотя последние дни были просто отчаянные. Когда мы вышли из Донецка, то пробили коридоры на Россию в районе Марьинки, Кожевино, Бровки. Одновременно пробили себе коридоры для снабжения и отсекли в Яково всю группировку противника.
Мы коридор продержали с очень большими потерями, погиб цвет Третьего штурмового батальона в этих боях. Когда мы пробивали коридор, в боях под Марьинкой потеряли убитыми и ранеными 120 человек за двое суток — в основном от артиллерийского огня, от авиаударов. Убитых было более 30. Для меня это гигантские потери.
И на момент прорыва "отпускников" у меня батальон КЭПа был рассечён на две части: часть оборонялась в Снежном, а часть, вместе с разведбатом, оказалась прижатой к границе, отрезана.
К тому же мне постоянно приходилось снимать роты с Донецка, бросать на другие участки. К примеру, сначала мне роту шахтёров и противотанковый взвод пришлось бросить в Дебальцево. Потом то же самое пришлось делать с Красным Лучом. Потом начались бои под Иловайском. На момент прорыва нас настолько растащили, что у меня и военная полиция в бой пошла — в Шахтёрске воевала. В Донецке из нашей Славянской бригады остался практически только один батальон из двух рот, который прикрывал Петровский район. Батальон Каменска тоже почти весь ушёл из Донецка. И остались тылы: снабжение, комендантская рота, которая в основном состояла из стариков и необученных, боевая ценность которых могла быть только в городе в уличных боях, а не в активных боевых действиях.
Какие-то резервы были у "Оплота" и "Востока", но "Оплот" мне подчинялся частично, "Восток" вообще не подчинялся. Меня упрекают, что я не навёл там порядок. Но у меня был простой выбор, когда я из Славянска зашёл: либо срочно формировать фронт против противника, либо устраивать переворот. Но Донецк на тот момент был совершенно мирный город. Народ загорал, купался, спортсмены тренировались, люди в кафе пили кофе. Как в Москве летом, так и в Донецке было. И меня бы никто не понял. Хотя мои солдаты рвались всех этих тыловых арестовать, разогнать. Но я понимал: стоит развернуть гражданскую войну — тут-то нас всех и хлопнут! Я решил, что худой мир лучше доброй войны, и сознательно ушёл от этого.
Александр ПРОХАНОВ. Были в этой критической обстановке намерения и из Донецка уйти, силы-то неравные были опять?
Игорь СТРЕЛКОВ. Меня же обвиняют, что я хотел оставить Донецк. Рассказываю честно: в какой-то момент я перестал верить, что помощь из России вообще придёт. Просто перестал верить! И никто не мог мне это гарантировать.
Критический момент для меня, как командира, был во время прорыва в Шахтёрске. Когда они выбили нас из Дебальцево, и просто усиленная колонна 25-й бригады украинской пошла на Шахтёрск, вошла в город. Когда они заняли Дебальцево, я уже понял, что следующий рывок сделают на Шахтёрск. Я снял с фронта, то есть выделил из других батальонов, две роты. И они уже стояли на погрузке. И в момент, когда противник вошёл в Шахтёрск, одна моя рота двигалась туда, а другая была на погрузке двигаться туда. Соответственно, сразу после этого я снял ещё две роты, потом ещё одну, отправил туда бронегруппу "Оплота", то есть создал группировку. При этом обнажал я именно Донецк. Потому что был уверен: если противник и сунется в Донецк, то тут на улицах мы как-нибудь его задержим, а сдать Шахтёрск — означало полностью всё потерять.
Поскольку у нас была полупартизанская армия, грузились мы долго. Передвигались тоже долго. У всех ополченцев — семьи, они из Славянска вывезены были. И мы лишь частично успели упредить их. Одна рота всё-таки вошла в Шахтёрск и не дала его занять. Но укры перерезали дорогу между Шахтёрском и Торезом. Потом их с этой дороги с трудом выбивали.
Бои были целую неделю, командовал Царь — Кононов. Поэтому я и поддержал его кандидатуру на пост министра обороны — как командир батальона он показал себя очень хорошо. У него был усиленный батальон. Четыре Славянских роты, моя рота военной полиции, бронегруппа "Оплота", батареи… Всем этим он нормально маневрировал. Выбил 25-ю бригаду, разгромил её с достаточно небольшими потерями со своей стороны.
В момент, когда противник перерезал дорогу между Шахтёрском и Терезом, у меня наступил психологический кризис, я начал думать о том, что делать, подумывал переносить штаб в Шахтёрск или Снежное и готовить эвакуацию Донецка. Потому что понимал: если помощи не будет, то надо хотя бы спасти людей.
Александр ПРОХАНОВ. Вы не должны этот момент характеризовать как психологический перелом. Я внимательно следил за процессами, за динамикой ваших выступлений и, может быть, за динамикой вашей судьбы. И считаю, что вы всё делали правильно. Всё делали правильно! Исходя из реальных соотношений сил, иначе вы не могли поступать. С другой стороны, всё, что вы делали, — это мессианский подвиг.
Игорь СТРЕЛКОВ. Почему говорю, что перелом был? Потому что в тот момент я приказал готовить штаб к свёртыванию, всем штабникам грузиться. Люди не обсуждали мои приказы, потому что мне верили. И сам я выехал в Шахтёрск вперёд. Но в этот момент дорога была перерезана. Я целый день там пробыл, поговорил с бойцами, посмотрел. В течение дня я практически бригадой Шахтерской  не управлял, видел, что Царь нормально справляется и вмешиваться в действия командира не хотел. К вечеру, пообщавшись с людьми, я принял решение не оставлять Донецк, хотя до этого планировал не Донецк сначала оставить, а Горловку. И за счёт горловского гарнизона прикрыть северный фас Донецка и линию на Шахтёрск. Потому что у нас там образовалась огромная, ничем не прикрытая дыра. Но тут ещё сыграло роль то, что в Горловке стоял Боцман, и он отстоял Горловку. Боцман поступил абсолютно правильно: он моему приказу готовить эвакуацию не подчинился. А на следующий день этот приказ отменился сам собой. Я понял: в той ситуации, что сложилась, мы не сможем организованно вывести войска ни из Донецка, ни из Горловки. Нам отрезали последнюю дорогу, а полевые дороги очень неудобные. Я воочию представил эвакуацию Донецка и Горловки — колонны беженцев, расстреливаемые на дорогах со всех сторон. Понял, что лучше принять бой в Донецке, чем все эти прорывы. Вечером я вернулся в Донецк и уже, несмотря на всю тяжесть ситуации, не планировал ни переноса штаба, ничего.
Это я ответил на вопрос, был ли план сдачи Донецка. Был план не сдачи Донецка, а намерение как вариант оставление Донецка с целью вывода и спасения людей, сил и  средств.
Александр ПРОХАНОВ. Выравнивание фронта и бросок на Мариуполь — это всё только "отпускники" делали, или ополченцы тоже участвовали?
Игорь СТРЕЛКОВ. Отдельные подразделения ополчения были им подчинены. Но в основном на Мариуполь наступали "отпускники". Когда они ушли, зыбкая осталась и линия фронта, и возможности.
Во-первых, Мариуполь был пустой, там двое суток не было украинских военных, можно было взять без боя. Но был приказ не занимать. Не просто приказ остановиться, а приказ ни в коем случае не занимать. Так же Волноваху можно было занять.
Почему я и говорю, что события похожи на события в Крайне: там Югославская народная армия остановилась буквально за шаг до решающей победы.
Александр ПРОХАНОВ. Игорь Иванович, а как вы вообще в эту войну спикировали?
Игорь СТРЕЛКОВ. Я был советником у Аксёнова в Крыму. Он человек огромной харизмы, умный, грамотный, здравомыслящий, талантливый. Я командовал единственным подразделением крымского ополчения: рота специального назначения, которая выполняла боевые задачи. Но после боя за картографическую часть, когда двое погибло (а я этим боем командовал), рота была расформирована, люди разъезжались.
Когда произошли события в Крыму, было понятно, что одним Крымом дело не закончится. Крым в составе Новороссии — это колоссальное приобретение, бриллиант в короне Российской империи. А один Крым, отрезанный перешейками враждебным государством — не то.
Когда украинская власть распадалась на глазах, в Крым постоянно прибывали делегаты из областей Новороссии, которые хотели повторить у себя то, что было в Крыму. Было ясное желание у всех продолжить процесс. Делегаты планировали у себя восстания и просили помощи. Аксёнов, поскольку на него такой груз свалился, он по 20 часов в сутки работал, попросил меня заниматься северными территориями. И он сделал меня советником по данному вопросу. Я стал работать со всеми делегатами: из Одессы, из Николаева, из Харькова, Луганска, Донецка. У всех была полная уверенность, что если восстание разовьётся, то Россия придёт на помощь. Поэтому я собрал неразъехавшихся бойцов роты, набрал добровольцев. Собралось 52 человека.
На Славянск вышли совершенно случайно. Нам нужен был средний город. 52 человека — это сила в более-менее небольшом населённом пункте. И мне сказали, что в Славянске наиболее сильный местный актив. Этот вариант мы оценили как оптимальный.
Александр ПРОХАНОВ. Как обрастало людьми, подразделениями ваше движение?
Игорь СТРЕЛКОВ.Когда мы приехали в Славянск, на базе нас встречало человек 150-200. И они участвовали в штурме УВД с нами. В УВД было достаточно много оружия — под сотню автоматов и 100-150 пистолетов. Люди сразу вооружились. Часть, правда, растащили.
На следующий день мы заняли Краматорск: я отправил туда казачье подразделение — 30 человек. И пошло-поехало. Дальше всё зависело только от наличия оружия. Первые месяцы добровольцев было много, но нам нечем было вооружать. Когда начались боевые действия, полилась реальная кровь, число добровольцев поуменьшилось.
Но всё равно их было немало. Мне докладывали цифры: к концу мая по Донецкой республике записалось добровольцев 28 тысяч человек. 28 тысяч человек реально ждали оружия. Если даже половину отмести: криминальные элементы, случайные, то даже половина — это 14 тысяч человек. Если бы у нас было оружие, то ситуация развивалась совсем иначе, чем она развивалась. К моменту моего отбытия из Донецка у нас под ружьём и 10 тысяч не было. В Славянской бригаде по спискам было около 9 тысяч. Но из них комбатантов, то есть непосредственно бойцов, около 5 тысяч. Остальные — тыловики, повара, волонтёры, снабжение…
Александр ПРОХАНОВ. Когда вы воевали в Славянске, вы были только военным или чувствовали себя и политиком? Люди, обращаясь к вам, спрашивают: "Кто ты, Стрелок?"
Игорь СТРЕЛКОВ. Честно говоря, я не собирался ни в коей мере не то что заниматься политикой, но даже светиться. В Крыму я тоже многое сделал. Переговоры по сдаче штаба флота я начинал, ходил туда в одиночку, беседовал со всем штабом. Но факт в том, что я нигде не засветился. Да, где-то на фотографиях какой-то полковник. Я же не говорил, что в запасе или отставной. Для решения моих тактических задач было выгодно, чтобы меня все считали действующим. При этом я нигде не кричал, что я действующий. Просто говорил — полковник. А сами додумывайте. Ну, вот и думали: какой-то полковник. То, что я отставник, знали несколько человек. А остальные думали, что хотели. Ни фамилии, ни имени моего не знали.
Так же я планировал вести себя и в Славянске. Собирался найти харизматического лидера и оказать помощь  как советник. Первое время я так и поступал. Поэтому Пономарёв всё время мелькал. Он — народный мэр. был очень активным. Был полезен в своё время. Потом всё пошло иначе. И я не нашёл никого, кого можно было бы двигать в качестве политического лидера.
А потом просто пришла команда засветиться: приедет Денис Пушилин, его полностью поддержать. Хотя я и так все мосты сжёг, без документов там был, все бойцы оставили документы при переходе границы, но это отрезало возможности для отступления как такового вообще.
Как только я без маски, без "балаклавы" выступил по телевизору с Пушилиным, во-первых, все поняли, кто такой Стрелок. Хотя и до этого знали, что реально я командую, перехват уже был опубликован, был мой фоторобот, но тут увидели меня воочию. Тут же меня вычислили, повезли на квартиру в Москве. Я этот момент не учитывал: и не успел даже родственников предупредить. Родственников я вообще в курс никогда не вводил: что я, где, как. В результате я понёс потери в личном плане из-за этой засветки, потому что не могу жить у себя, пользоваться своей библиотекой. Не говоря о том, сколько пережили мои родственники, которые обо всём узнали тоже по телевизору. Всю войну в Славянске у меня была военная диктатура. А дальше я не лез.
Александр ПРОХАНОВ. Вы считаете, что ваш опыт — чисто военный, не политический. Вы были министром обороны, командиром бригады?
Игорь СТРЕЛКОВ. В Славянске был батальон, бригады не было. Первый славянский добровольческий батальон. Было знамя, штандарт. До выхода из Славянска я фактически не осуществлял никакого влияния на Донецк в качестве министра обороны. Я постепенно выстраивал фронт. Реально мне подчинился Мозговой, я ему иногда ставил задачи. В строевом отношении он мне не подчинялся, но в тактическом. оперативном — подчинялся. Я рассматривал свою линию фронта по линии Лисичанск—Красный Лиман. Гарнизон Славянск подчинялся, Краматорск подчинялся, Дружковка—Константиновка. Какое-то время мне подчинялась и Горловка, Безлер, потому что я помог ему, — послал отряд на зачистку города, без моего отряда он бы его не взял под контроль.
Александр ПРОХАНОВ. Мне кажется, всё, что произошло тогда в Славянске и Донецке с вами, так или иначе связано с восстановлением государства. И вы участвовали не просто в восстановлении военной организации, но и государства в целом. То есть у вас была сознательно или бессознательно политическая роль, вы стоите у истоков установления государства.
Игорь СТРЕЛКОВ. В тот момент я отлично понимал, что наедине Донецк и Луганск биться против укров не смогут. Тем более — при отсутствии собственной военной промышленности, дееспособного правительства из местных. А изначально я исходил из того, что повторится крымский вариант — Россия войдёт. Это был самый лучший вариант. И население к этому стремилось. Никто не собирался выступать за Луганскую и Донецкую республики. Все изначально были — за Россию. И референдум проводили за Россию, и воевать шли за Россию. Люди хотели присоединения к России. Российские флаги были везде. У меня на штабе был российский флаг и у всех. И население нас воспринимало под российскими флагами. Мы думали: придёт российская администрация, тыл будет организован Россией и будет ещё одна республика в составе России. И о каком-то государственном строительстве я не думал. А потом, когда понял, что Россия нас к себе не возьмёт (я себя ассоциировал с ополчением), для нас это решение было шоком.
Александр ПРОХАНОВ. Оно не окончательное.
Игорь СТРЕЛКОВ. У нас ничего нет окончательного, в том-то и дело. Война идёт полгода, а мы до сих пор не знаем: "едына" Украина, не "едына" Украина. Что для нас важнее: газовые поставки или русское население на Юго-Востоке?
Александр ПРОХАНОВ. Хотелось бы, чтобы и то, и то. Но не получается.
Игорь СТРЕЛКОВ. А если не получается, то всё-таки, что важнее? Мне докладывают, что ежедневно в Донецке бомбят. Каждый день присылают полные списки попаданий: куда что попало, где какой снаряд. Вот, накануне, с двух ночи до пяти утра разносили город просто. Разносили! В один из дней с раннего утра до позднего вечера — разносили. Ещё немного — и превратят в Сталинград. А мы будем торговаться по сотне за нефть. И получается, что в торговом отношении мы с Украиной сотрудничаем, помогая ей выжить, а на фронте воюем.
Вообще, если бы я был нацелен захватить власть в ДНР, я бы смог захватить, никаких проблем. Когда я приехал из Славянска в Донецк, все ждали, что я захвачу власть. Но у меня была задача защитить республику, а не захватить власть.  Я бы с удовольствием туда вернулся.  И я считаю, что всё делал правильно…
Александр ПРОХАНОВ. Я тоже так считаю.
Игорь СТРЕЛКОВ. Но спусковой крючок войны всё-таки нажал я. Если бы наш отряд не перешёл границу, в итоге всё бы кончилось, как в Харькове, как в Одессе. Было бы несколько десятков убитых, обожженных, арестованных. И на этом бы кончилось. А практически маховик войны, которая до сих пор идёт, запустил наш отряд. Мы смешали все карты на столе. Все! И с самого начала мы начали воевать всерьёз: уничтожать диверсионные группы "правосеков". И я несу личную ответственность за то, что там происходит. За то, что до сих пор Донецк обстреливается, — я несу ответственность. За то, что Славянск оставлен, конечно, я несу ответственность. И за то, что он не освобождён, я тоже несу ответственность.
Но, поскольку "за неимением гербовой, пишем на простой", — мы создаём движение, чтобы хотя бы так, гуманитарно оказывать поддержку ополчению.
Сказать, что мы их обеспечиваем, нельзя. Но мы помогаем реально. Половина армии одета сейчас в зимнюю одежду, которую мы им поставили. Наша помощь идёт в войска.  А обеспечить гуманитарной помощью население способно только российское государство. Только государство! Из госрезервов надо брать. На те деньги, что собираем, мы можем помочь ополчению, семьям, раненым, но и то далеко не всем.
Александр ПРОХАНОВ. Оглядываясь на свою жизнь, не думаете ли вы, что все переломы в вашей жизни, броски, войны — это результат какой-то таинственной логики, которая заложена даже не в вашу натуру, а в судьбу?
Игорь СТРЕЛКОВ. Я против любой мистики в этом отношении. Просто считаю, что в каждой ситуации надо поступать —  не всегда получается, к сожалению, — правильно: "Делай, что должно, и будь, что будет".
Александр ПРОХАНОВ. Но сами ситуации возникают случайно или логично?
Игорь СТРЕЛКОВ. В той каше, что образовалась после распада Советского Союза, может быть всё что угодно. На войне встречаешь таких людей, которые ещё больше прошли и испытали. Я оказался под прицелом камер. Но встречал огромное количество людей, которые этого заслуживают намного больше. И прошедших больше, и более талантливых во многом. У меня воевал офицер, который знает три языка, ещё до Донецка прошёл пять войн. Совершенно уникальной судьбы. Но по каким-то несовпадениям эти люди находятся под спудом. Может быть, их час ещё настанет. Эта мистика — реальная случайность.
Александр ПРОХАНОВ. Но у мистики есть своё поле. Она где-то существует, где-то реализуется. И реализуется не среди звёзд, а в человеческих взаимоотношениях. Вы не примеряете на себя политический кафтан?
Игорь СТРЕЛКОВ. Очень хотят на меня этот кафтан примерить. Но честно — мне рутинная работа никогда не нравилась. Я — разведчик, кавалерист, как Денис Давыдов. Он всегда тяготился регулярной службой. Хоть дослужился до генеральских чинов, лучше всего проявлял себя как партизан.
Я — человек прорыва, всегда иду на острие. Самые большие успехи, что у меня лучше всего получалось, — там, где надо было идти первым, проломить, зародить, начать строить. Дальше должны приходить другие — строить. Это — во-первых. А во-вторых, я не обладаю необходимыми навыками. Если идти в политику, то я мог бы себя проявить именно в переломные моменты. Рутина мне противопоказана. Я и сам заскучаю, потеряю интерес. Сейчас у нас относительно стабильная ситуация. У нас политика построена по принципу: замазался — добро пожаловать. Есть на тебя крючок — значит, можно с тобой работать. А честному человеку сейчас в политике делать нечего. Надеюсь, что-то изменится. Всё-таки война, она многое меняет.
Александр ПРОХАНОВ. В русской истории военные были неудачными политиками. Они почему-то не умели вписать себя в политику, даже когда были военными аристократами. Несчастная судьба декабристов. Поразительно вели себя военные в последние дни романовской империи…
Игорь СТРЕЛКОВ. Там была просто измена.
Александр ПРОХАНОВ. Вот военные так и занимались политикой — отдали власть Гучкову, Шульгину. А Тухачевский? Не сумел ничего сделать. Жуков был хозяин страны, власть в его руках была абсолютная. Он передал её Хрущёву.
Игорь СТРЕЛКОВ. У военного подспудно заложена функции подчинения.
Александр ПРОХАНОВ. Только не у латиноамериканского…
Игорь СТРЕЛКОВ. Латиноамериканские военные в основном и занимаются тем, что друг друга свергают. А мировых войн они не выигрывали.
Александр ПРОХАНОВ. А у турецких военных? Нет, там другие военные традиции. Русские военные всегда, реально получив власть, отдавали политикам, которые потом с ними же и расправлялись.
Игорь СТРЕЛКОВ. Я не совсем военный в классическом смысле. Командование такого рода для меня скорее случайно. Я — спецслужбист.
Александр ПРОХАНОВ. Как спецслужбист, вы имеете шанс стать крупным политиком.
Игорь СТРЕЛКОВ. Политика сейчас — это манипулирование выборами. Ложь с экрана, ложь везде. Главное качество политика — вертеться, как флюгер. Я не умею вертеться, как флюгер, и не желаю уметь. Я хочу умереть честным человеком. И лгать не буду ни с экрана, никак. Если я не могу сказать честно, то лучше ничего не скажу. Я могу обойти какие-то темы, не более того. Лгать напрямую я не буду. Категорически не хочу.
В современном политическом устройстве для меня места нет, я это прекрасно понимаю.
Александр ПРОХАНОВ. Может, в настоящий момент нет. Но история переменчива, особенно русская история. В ней заложена огромная динамика. Я всей кожей чувствую, что временны, эти тишина и перемирие абсолютно иллюзорны. Самое дорогое у человека — это репутация. У вас огромная репутация.
Игорь СТРЕЛКОВ. Её сейчас пытаются утопить.
Александр ПРОХАНОВ. Не обращайте внимания. Шлейф, что на  вас навешивают, смехотворен. Может быть, у вас будут искушения, будут чародеи, которые захотят вас очаровать. Ждите, когда труба опять затрубит.
Игорь СТРЕЛКОВ. Надеюсь, что дождусь.
Александр ПРОХАНОВ. Иерихонские трубы всегда наготове, не волнуйтесь.
Игорь СТРЕЛКОВ. Главное, чтобы медные не зазвучали.
Александр ПРОХАНОВ. Медные вы уже прошли, остались иерихонские. Стрелков занял своё место в русской истории. Он совершил то, что мог совершить. И это, дорогой Игорь Иванович, драгоценный ресурс нашей с вами исторической реальности.

Александр Проханов, Игорь Стрелков

0

589

http://polit.ru/news/2014/11/22/blasts/

22 ноября 2014, 21:34 взрыв Донецк Украина
В Донецке прогремели два мощных взрыва

Как кто-то из пендостана появляется, начинается активизация конфликта...это уже не совпадение, а зкономерность...

0

590

Мягкая сила русских
http://x-true.info/uploads/posts/2014-11/1416738306_9fadb6d3e28e2be47da4c87e012c5962_xl.jpg

В 1999 году писатель Кирилл Еськов в романе «Последний кольценосец» сформулировал русские принципы «проекции мягкой силы».

В упрощённом виде эти принципы прекрасно выражены в полушутливом высказывании «Русские оккупанты врывались в кишлаки и аулы и оставляли после себя заводы, больницы и университеты».
Что делали грузинские власти, чтобы обеспечить единство своей страны? Правильно, этнические чистки в Абхазии и Осетии. Сначала под руководством Звияда Гамсахурдия в начале девяностых, а потом при Саакашвили в 2008 году. Странно, но люди не особо хотят жить в одной стране с теми, кто их обстреливает и пытается уничтожить по этническому признаку.
Зато русские за пять лет восстановили всё, что было разрушено грузинскими националистами. Я в рамках одного расследования просил жителей Цхинвала прислать мне фотографии следов войны, разрушенных обстрелами зданий. Они сделали больше — они прислали фото руин, сделанные в 2008 году, и фото восстановленных зданий, сделанные сейчас. Это просто очень красиво.
И не удивительно, что когда в этом году в том регионе были волнения, то местные жители хотели сместить пророссийского главу республики, но за недостаточную пророссийскость, и поставить ещё более пророссийского. И это логично и закономерно.
Или возьмём Армению. Русские сто лет назад спасли Армению от устроенного Оттоманской Империей геноцида. И до сего дня правда об этих событиях передаётся от отца к сыну, и не найти армянина, который не был бы благодарен России за это спасение (в какой бы точке планеты он не жил).
А что делают украинские власти, чтобы обеспечить единство своей страны? Правильно, по тем же рецептам, что и грузины (и с подачи тех же американских «советников») бомбят Донбасс. И потом искренне удивляются: странно, почему эти «ватники», которых мы ежедневно проклинаем, обзываем и бомбим, не хотят жить в такой чудесной европейской Украине?
На «освобождённой» карательной группировкой территории Донбасса скоро не останется автомобилей, потому что всех их «конфискуют» батальоны уголовников и националистов, а потом перегоняют на «материковую» Украину и продают.
А сотрудники почты (как обычной, так и всяких «Новой почты» и «Автолюкса») говорят, что они просто завалены посылками с награбленным, которые рагули из карательных батальонов пересылают своим родственникам в центральной и западной Украине. Вот как их после этого не любить?!
Что же в это время делают «российские оккупанты» из гуманитарных конвоев? Пока украинские «патриоты» радуются «Сейчас Донбассу будет *опа, ура!», они стараются предотвратить гуманитарную катастрофу, привозя с помощью «белых» конвоев еду, воду и медикаменты.
http://x-true.info/uploads/posts/2014-11/1416738356_gumkonvoy.jpg
И этим не исчерпывается. Свыше сотни российских инженеров и ремонтников, как из МЧС, так и из отрасли ЖКХ, ездят по Донбассу и составляют списки разрушений, а потом по этим спискам из России везут запчасти для электрических подстанций и водяных насосов. И с помощью этих запчастей в срочном порядке восстанавливают инфраструктуру для нормальной жизнедеятельности. Кому после этого будут благодарны жители Донбасса?
И ещё один момент. Во многих городах России общественные активисты организовали сбор гуманитарной помощи, начиная от лекарств и заканчивая тёплыми вещами, и переправляют это для гражданских жителей Донбасса. А украинские «гражданские активисты» собирают помощь только для «наших воякив-карателей», а на гражданское население этого региона, как и положено нацистам, им плевать. «Едина Украина», чего уж там, «Почувствуй нашу любовь».

Алексадр Роджерс

0

591

Боевые будни ДНР женскими глазами
http://nacontrol.ru/media/k2/items/cache/d8c427c7dd6445d50d9342ac3fcef82e_XL.jpg
Специальный корреспондент «НК», Алена Кочкина, пообщалась женщинами-добровольцами, служащими внутренних войск Новороссии. Марина, сержант ВВ МВД ДНР, и Ольга, сержант ВВ МВД ДНР, санинструктор, рассказали как проходят боевые будни.

0

592

Донбасс глазами американца (видео)
http://nacontrol.ru/media/k2/items/cache/8b73a42f665d6a2641fcaae19abdf883_XL.jpg
Мигель Френсис, автор популярного  фильма «Крым глазами американца», по многочисленным просьбам интернет сообщества отправился в Донецк, чтобы отснять новую документальную картину. Гражданин США пытался найти на Донбассе российскую армию. По ходу дела в объектив его камеры попало горе обычных людей, попытки наладить мирную жизнь под обстрелами, ежедневный подвиг ополченцев. Прием остранения, который  используется в фильмах Френсиса, априори вызывает зрительский интерес. Получился искренний взгляд в бездну гражданской войны.

+1

593

Документальный фильм "Герои Новороссии"

«Герои Новороссии» - новый документальный фильм, созданный студией Cassad-TV, о людях, которые стали на защиту Донбасса не ради славы и материальной выгоды, а для того, чтобы отстоять свою свободу, свое право читать и говорить на родном языке, почитать своих героев, чтобы отстоять свою землю от нашествия сторонников современного украинского фашизма. О тех, кто восстал против геноцида жителей Донбасса со стороны новой киевской власти.

Храни вас Бог, ребята! Победа будет за вами!!!

0

594

Спикер парламента ДНР поддержал идею сделать аэропорт Донецка демилитаризованной зоной

 
Украина будет вынуждена дать объяснение своей позиции мировому сообществу, если она откажется сделать донецкий аэропорт и город Счастье демилитаризованными зонами. Такое мнение в понедельник в беседе с ТАСС выразил спикер парламента ДНР Андрей Пургин.

Ранее с подобной инициативой выступил вице-спикер парламента ДНР Денис Пушилин.
"Предлагается, что оттуда выведут тяжелое вооружение, и там будут наблюдатели ОБСЕ. Если Украина отказывается от этого, то получается, что она ОБСЕ не доверяет", - сказал Пургин.

Он добавил, что выступает за присутствие не только европейских, но и российских наблюдателей в аэропорту и городе Счастье. "Мы настаиваем, чтобы Россия, как сторона присутствовала в качестве наблюдателя на всех переговорных процессах", - отметил спикер Народного совета.

По словам Пургина, инициатива Пушилина сделать аэропорт демилитаризованной зоной пока не будет обсуждаться в парламенте, так как это пока не более, чем предложение. "В аэропорту и Счастье сложилась патовая ситуация, из-за чего не прекращаются постоянные обстрелы, в которых гибнут мирные жители. Нужно как-то эту ситуацию разрешить, в связи с чем и было озвучено это предложение", - отметил Пургин.

http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1592955

0

595

Бэтмен – командир "Бэтмена"
В нашем разговоре Бэтмен, не скрывающий своего настоящего имени, старался не говорить о выполнении конкретных боевых задач Группой быстрого реагирования, которой он командует, ссылаясь на военную тайну. Сказал только (видимо, это не секрет), что его солдаты принимали участие в боях в районе луганского аэропорта, где захватили значительные военные трофеи. Кроме того, Беднов-Бэтмен признался, что и сегодня его бойцы регулярно выходят на позиции на линию фронта, которая проходит сегодня по Бахмутке (трассе из Луганска на Первомайск-Горск-Лисичанск) и Станично-Луганскому району.
— Чем вы занимались до начала всех этих событий?
— Я был обычным пенсионером МВД, офицером запаса, вышел на пенсию в звании капитана в 2006 году, работал в службе безопасности разных предприятий в городе. У меня есть семья, жена, двое детей, которых я был вынужден, после того, как все завертелось, вывезти в другое государство.
— Как вы попали в ряды "Армии Юго-Востока", почему решили воевать за независимость Донбасса?
— Я очень болезненно переживал то, что происходило в Киеве в октябре-декабре. Все эти события — Майдан, государственный переворот — естественно не могли пройти мимо меня, потому что я сам по себе человек законопослушный и видел, что за беззаконие творится в столице. Я смотрел, что вытворяют так называемые мирные демонстранты, они же "дети", с сотрудниками милиции: их там избивали, сжигали заживо. Такое в любой стране мира называется тягчайшим преступлением.
Все то, что творилось тогда, ни в какие рамки не вписывалось. И все это подавалось под соусом жесточайшей русофобии, расовой ненависти, фашизма, нацизма, превосходства украинской нации над всеми остальными. И когда эта волна беспорядков докатилась все же до нас в марте, когда радикалы нашего местного разлива братья Серпокрыловы (руководители штаба политической партии "УДАР" в Луганской области – прим. авт.) устроили здесь стрельбу по ребятам из "Молодой гвардии" (одна из первых организаций, созданных в начале движения сторонниками референдума – прим. авт.), когда ранили наших молодых товарищей, вот тогда я уже понял, что шутки кончились.
http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1416906689_38pqtjzm-650.jpg
Я понял, что вопрос стоит просто о выживании русскоговорящих людей. И это не преувеличение, ведь когда озверевшие молодчики "пустили кровь", стало понятно, что само собой это не кончится, и нам нужно себя защищать. А когда после захвата здания СБУ проходили мирные протесты, и оружия на улицах еще не было, милиционеров нашего города в Киеве назвали предателями, а сюда двинули войска с тяжелой техникой. Поэтому было ясно, что нас идут уничтожать, и мы были вынуждены взять в руки автоматы.
Вначале жена очень серьезно переживала и была недовольна тем, что я участвую в протестных акциях, она волновалась за меня, ведь я не чужой ей человек, но морально она была всегда на моей стороне. А когда начались обстрелы города, у нее уже сформировалось четкое убеждение, что нужно бороться, не сидеть на месте, иначе нас уничтожат.
— Как вышло так, что вы возглавили подразделение "Армии Юго-Востока", которое теперь называют "элитным"?
— Изначально я примкнул к движению Алексея Мозгового и был в сформированном им "Народном ополчении Луганщины". И когда здесь начали организовываться подразделения по типу воинских, те друзья, с которыми я пришел в ополчение, сказали мне: "Саныч, тебе быть командиром, потому что ты – офицер, имеешь и организационный и военный опыт". Они действительно были правы, ведь в милиции я был командиром роты специального назначения и естественно опыт имелся. Я четко осознавал, когда люди тебе доверяют нельзя им отказывать, нужно оправдывать их доверие, вот так я и стал командиром.
— Расскажите, а в чем состоит ваша нынешняя служба, и чем занимается ваша ГБР "Бэтмен"?
— Я занимаюсь… войной. Поддерживаю боеготовность крупного военного подразделения, обеспечением военнослужащих едой, одеждой, экипировкой, вооружением, боеприпасами. Это целый комплекс забот и задач, которые стоят перед любым командиром, и которые он должен выполнять. Ведь назваться командиром просто, а быть им очень хлопотное и ответственное дело.
Я ни в коем случае не жалуюсь. Я как командир беру на себя ответственность за каждого своего бойца, я считаю, что люди, которые с оружием в руках защищают свою землю, должны быть ограждены от всех бытовых проблем, а командиры должны обеспечить людям нормальные условия. Для меня каждый боец – это личность со своим внутренним миром, со своими заботами и мировоззрением. Это не пушечное мясо, не винтик в огромном организме, это, прежде всего, человек и от этого я отталкиваюсь всегда.
Мое подразделение — оно очень многопрофильное. Мы выполняем разные задачи. Обо всех я не могу рассказать, но отмечу, что в том числе мы сейчас занимаемся правоохранительной деятельностью, ведь у нас только сейчас начала работать эта система. Она пока делает первые шаги. Сейчас нам пришлось взять на себя роль полиции, потому что когда была самая активная, горячая фаза боевых действий, тогда правоохранительная система не работала вообще, а порядок в тылу в городе должен был соблюдаться. И поскольку мне это близко, мы взвалили на себя эти обязанности и люди начали к нам обращаться за помощью.
http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1416906692_qtk9fzjx-650.jpg
— По поводу чего?
— Чаще всего это было бытовое пьянство, хулиганство, дебоши. Были, конечно, и факты мародерства, кражи. Нами были задержаны несколько человек за убийства, они арестованы и ожидают суда. Предварительные материалы по ним собраны и задокументированы как положено.
А пьяницы и семейные хулиганы-дебоширы попадали и попадают к нам на перевоспитание. Кстати, у нас сухой закон в подразделении. Штрафов мы никогда ни с кого не брали, люди искупали свои грехи, например, рытьем окопов. Здесь эти пьяницы работают, и удивительные вещи происходили — несколько человек излечились! А один из задержанных, после отбытия здесь 10 суток, даже обратился с просьбой оставить его у нас, чтобы он снова не спился. Как оказалось, у человека золотые руки, мы его определили в нашу ремонтную мастерскую, он оказался отличным оружейником.
— Удалось ли ГБР повлиять на рост преступности в Луганске?
— На месте нашего базирования, это Жовтневый район Луганска, в начале волна преступности поднялась, ведь во время боевых действий городе не было по сути милиции, а после того как мы сюда приехали, в окрестных кварталах стало тише и спокойнее. Люди знали, что могут к нам обратиться и всегда получат помощь, а негодяи и мерзавцы будут усмирены и понесут заслуженное наказание.
— Кто входит в вашу группу?
— В основном это все наши земляки, луганчане, жители региона. Есть, конечно, и несколько добровольцев из России, но это никакие не "наемники", о которых говорят в Киеве. Эти люди, россияне, — те, кто приехал защитить русскоязычный народ Донбасса.
У меня был случай, когда летом к нам приехали двое студентов из РФ с просьбой взять их к нам. Я им отказал, ведь они были совсем не подготовлены для войны, даже оружие в руках никогда не держали. Может они отличными учеными в будущем станут, но на войну им нельзя. Парни тогда отошли от меня, о чем-то поговорили и снова подошли. Они попросили оставить их в подразделении, чтобы они могли хоть чем-то нам помочь. Я тогда посовещался с командирами, и мы определили студентов в хозчасть. Там они 1,5 месяца, что были здесь, пересчитывали гуманитарку, боеприпасы, помогали на кухне, в общем, занимались "нашим домом", но, ни в коем случае, не были обслугой. Когда они уезжали, я им совершенно искренне сказал, что они тоже приняли участие в боевых действиях, ведь тыл – это тоже фронт.
— Были ли у вас случаи, когда бойцы уходили из ГБР?
— Я всем сразу рассказываю о войне без прикрас, объясняю, что боевая романтика есть только в кинофильмах. Я всегда даю людям время подумать, прежде чем вступить в наши ряды, потому, что участие в боевых действиях это сам по себе очень ответственный и важный шаг в жизни каждого человека, и он должен сам решить, а готов ли пойти на такую жертву. Я всегда говорю людям, лучше вы скажите свое твердое "нет", чем жиденькое "да", а потом бросите оружие и дезертируете с поля боя, и ваши товарищи останутся без прикрытия. Были такие люди, которые после нашей беседы говорили "нет", и мы их не осуждаем, это их выбор.
- Но выгонять, наверняка, приходилось?
— У меня свой принцип комплектования. Ко мне приходят по рекомендации тех людей, которых я знаю лично, либо тех бойцов, что служат в группе. У нас в ГБР за какой либо проступок несет ответственность не только человек его совершивший, но и тот, кто его привел.
Кроме того с каждым прибывающим бойцом я провожу предварительную беседу, в которой рассказываю о наших порядках. У меня залетов в подразделении не бывает, ведь каждый первый случай может стать последним. Если есть где-то хоть один шажок в сторону от принятых правил, то человек безжалостно изгоняется. Ведь сама принадлежность к ГБР – это уже своего рода принадлежность к элитному подразделению и носить значок с летучей мышкой – это большая честь, а ее нужно добиться.
Все мои бойцы заинтересованы в том, чтобы избавиться от человека недостойного. Я всегда говорю людям, что своими позорными действиями нечистоплотный боец запятнает нас всех, и нам потом придется отмываться от этого пятна. Так что "крыс" прогоняли, конечно, сразу.
— Есть ли в вашем подразделении женщины?
— Конечно, есть. Например, мой заместитель — женщина, есть штабные работники, повара, девочки в отделе кадров работают. Но есть у нас женщины и на позициях. Например, "Астра", которая сейчас проходит обучение, чтобы стать минометчицей. Есть женщины снайперы, санинструкторы. У нас их не много, и, естественно, мы к ним относимся с некоторой "трепетностью", стараемся оградить от всех ужасов. Но некоторые просто рвутся в бой, хотят обязательно быть на передовой.
— Как вам удалось добиться идеальной дисциплины?
— Взаимное уважение – вот основа моей дисциплины. Оно у нас в подразделение проявляется от рядового бойца до командира и наоборот. На страхе и запугивании, на идиотских приказах, например, "строить забор отсюда и до понедельника", на этом ничего не построишь. Если отношения и подчинение основывается на отрицательной мотивации, то ничего хорошего из этого не выйдет: люди просто перестанут тебя защищать, они развернутся и уйдут, ведь зачем им такие командиры и такая война. Вся наша дисциплина поддерживается на уважении и человеческом отношении и так везде должно быть.
http://topwar.ru/uploads/posts/2014-11/1416906695_ynz2qg6h-650.jpg
— И все же тут у вас не регулярная армия. Термин "полевой командир" как будто бы сам подталкивает к "махновщине" что ли. Не возникало ли у вас желания выйти из подчинения центру и вести "свою" войну по примеру Алексея Мозгового, самого, пожалуй, известного сегодня в России командира ополченцев? Ведь если ты "команданте", то значит уже и политик.
- Я приверженец идеи единой страны — Новороссии, я никогда даже не делил нас на донецких и луганских. Для меня ЛНР и ДНР едины, а границы между ними просто формальность. Я вообще государственник, я родился и вырос в огромном, мощном государстве социальной справедливости, в Советском Союзе, поэтому мне никогда даже в голову не приходила мысль о какой-то "собственной" территории и управлении ею. Я никогда не думал о том, чтобы где-то оттяпать себе "хуторочек" и быть там "главнокомандующим". Я против удельных княжеств. У нас должно быть единое государство, люди, объединенные одной историей, одной верой.
Кстати, я не думаю, что Мозговой устроил себе какое-то отдельное "княжество", как об этом говорят некоторые. ЛНР существует в границах бывшей Луганской области Украины, и все территории, которые сейчас под контролем разных подразделений, — это единое государство. Вся эта земля принадлежит народу Луганщины и никому другому.
— Но вы ведь человек не без амбиций — даже баллотировались на пост главы ЛНР, и как вышло, что избиратели в итоге не увидели вашу фамилию в бюллетене?
— По техническим причинам ее в итоге не внесли. Больше всех расстроились мои друзья и знакомые, а я в общем-то нет. Ведь для меня это была своего рода "проба пера". Я считаю, что прошла она успешно, потому что разговоры в Интернете и по городу были положительными. Люди хорошо отнеслись к моей инициативе, к тому, что ополченец баллотируется. И для меня это уже своего рода достигнутый результат. Я уверен, у меня все еще впереди, ведь это не последние выборы.
Понимаете, сегодня дело вовсе не в каких-то конкретных персоналиях, не в личных амбициях кого-либо из претендентов. Само событие было важно для нашей молодой республики. Это один из признаков складывающейся государственности. На этих выборах люди подтвердили свой майский выбор и это само по себе хорошо.
Валерия Разина, Луганск

0

596

Делегация Абхазии во главе с премьер-министром Бесланом Бутба прибыла с визитом в ДНР и встретилась с руководством провозглашенной республики. Об этом сообщает корреспондент ТАСС с места проведения встречи в Донецке.

Беслан Бутба встретился с главой ДНР Александром Захарченко и министром иностранных дел Александром Кофманом.
"Это официальный визит абхазского государства в нашу республику. Наша встреча пройдет за закрытыми дверями. Большего я пока сказать не могу", - сообщил собравшимся журналистам Захарченко.

http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1603972

0

597

В ЛНР готовятся к работе 17 промышленных предприятий

 
Сегодня, 26 ноября, председатель Совета Министров ЛНР Геннадий Цыпкалов заявил о том, что в республике в ближайшее время готовы возобновить свою работу более семнадцати различных предприятий. Восстановление остальных заводов, поврежденных бомбардировками артиллерии хунты за прошедшие полгода, в данный момент продолжается.

Это, по словам Цыпкалова, на сегодняшний день является одной из первостепенных задач республики. Запуск промышленных и торговых предприятий даст толчок разрешению негативной гуманитарной ситуации в ЛНР.

Обеспечение работой людей республики даст бюджету налоговые отчисления, так необходимые для выплаты пенсий, социальных пособий, восстановления региона после войны.

Во время военных действия национальной гвардии и армии хунты против населения ЛНР заводы, объекты инфраструктуры, жилые дома и социальные объекты были главной артиллерии карателей. Массированными обстрелами, усугублением социальной и гуманитарной ситуации на Донбассе боевики пытались вызвать хаос, панику, массовое бегство.

Но на данный момент можно с уверенностью констатировать, что республика выжила и доказала свою независимость.

Источник: http://krasnodon.biz/v-lnr-gotovyatsya- … z3KBYFQaTU

0

598

Андрей Пургин - Захару Прилепину: На Украине что ни строй - все равно «янукович» получается
http://www.kp.ru/daily/26313.4/3191329/

0

599

http://www.gazeta.ru/business/news/2014 … 1873.shtml
Минэнерго Украины прекращает работу 252 предприятий Донбасса

+1

600

http://ria.ru/world/20141128/1035609102.html
Народный совет ДНР принял закон о местном самоуправлении

0


Вы здесь » Севастопольский вальс » Running news » Новороссия